1. Потерянное одиночество - Страница 12

Серия Divinitas

Индекс материала
1. Потерянное одиночество
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Все страницы


***
Все началось очень давно, все началось с Кости.
Тогда я часто меняла источников и коллекционировала мужей, собирая их деньги, так я жила почти двадцать лет. И вот однажды прозрачным осенним утром я гуляла по Сентрал Парку просто по чуть-чуть подпитываясь от этого островка природы в чадном, как мне тогда казалось, городе. Мое внимание привлек немолодой мужчина гордой аристократичной выправки, бедно, но аккуратно одетый, он так же как и я прогуливался жмурясь на холодные лучи осеннего солнца в еще не опавшей золотой листве. Мы поравнялись и какое-то время шли рядом, потом он безмолвно предложил мне руку и я приняла, опершись на него. Без слов мы шли по аллеям, мне было очень хорошо рядом с ним, я чувствовала его силу, как тепло домашнего очага и грелась в этом тепле.
- Простите, я ужасно воспитан, - все же заговорил он.
Я засмеялась
- Я тоже...
- Позвольте представиться - Константин Воронов.
- Пати Поммера.
Он церемонно поцеловал мне руку, и мы пошли дальше все в том же легком и непринужденном молчании. Расстались мы все также - раскланявшись без лишних слов.
На следующий день я пришла в парк, в то же место в то же время в надежде увидеть его, он меня не разочаровал, показавшись на аллее одновременно со мной. Мы опять гуляли, только в этот раз я уже расспрашивала о нем, о его жизни.
Русский аристократ, офицер, он воевал, пытаясь отстоять ту жизнь, которой его родина жила раньше, до революции, но проиграл. Проиграл и покинул то, что так любил, чтоб сохранить свою жизнь, хотя многие его друзья остались умирать на родной земле. Он не боялся смерти, но умирать бессмысленно не хотел, думал что уехав сможет вернуться с такими же как он, сможет начать новый бой. Но не вышло. Лучшие погибли, выжили слабаки способные лишь молоть языком сетуя на судьбу и вспоминая былое величие. Изгнанники кое-как устроились на чужбине, и забыв гордость и честь принялись просто выживать. Он понял свою ошибку, понял что лучше было б умереть там, на родине, в разгаре боя. Но что сделано, то сделано. Накладывать на себя руки бывший офицер счел еще большим позором, чем бесцельное существование изгнанника. Перебравшись в Америку, он поселился отдельно от своих бывших соотечественников, не желая общаться с ними. Ему не было еще и пятидесяти, а он считал, что его жизнь кончена. При всем этом в нем не было надлома, он просто принял свою судьбу и ни на что не надеясь, ничего не ожидая, жил день за днем. До нашей встречи.
А потом я вошла в его жизнь... Мы встречались в парке почти каждый день, но скоро наступила зима и мы перебрались в маленькое кафе на Бродвее. Однажды под конец зимы он не пришел, хоть мы и договаривались о встрече, я прождала, думала перезвонит в кафе или иным образом даст о себе знать, но нет, просто пропал. Я сама не ожидала что так расстроюсь, но все же решила расставить все точки и найти его. Я лишь приблизительно знала где он живет, где-то между 96 и 90 Уэст Стрит, помню как бродила на пронизывающем ветру и расспрашивала ребятишек и стариков 'Не здесь ли живет старый русский военный? Мистер Воронов?' Часа через два мне повезло, и милая девчушка привела меня к его квартире, я долго стучала и просила открыть, чувствуя, что он там. В конце концов я нашла консьержку и убедила отпереть мне дверь. Он лежал в горячке, в ту зиму свирепствовала инфлюэнца подобная испанке.
Я не отходила от него двое суток, отпаивая отварами с медом, удерживая своей силой, не давая жару 'спечь кровь'. На третий день опасность миновала и я уснула, свернувшись на краешке кровати. Проснулась я от того, что мне кто-то дарил силу белую и чистую, теплую как утреннее летнее солнышко.
- Пати... Ты не дала мне умереть, - тихо произнес он.
- Ты мне нужен, - призналась я.
- Ну зачем я тебе? Бедный, никчемный старик? Что я могу тебе дать? Ты молода, красива... обеспечена.
- Мне очень хорошо с тобой рядом, Костя, - я назвала его коротким именем, которое он случайно назвал мне, пересказывая давний разговор. Это давняя уловка - произнести имя так, как произносит его владелец, если хочешь обрести хоть толику власти над ним.
- Пати, по совести мне б надо прогнать тебя, чтоб ты не тратила на старика свое время, но я не могу...
- Вот и хорошо, Костя.
- Скажи еще раз... Ты произносишь без акцента...
- Костя, Костя, Костя... Костя, я.... - я хотела сказать что люблю его, но поняла что нельзя, что это будет лишним. - Я хочу есть, а ты?
- И я хочу есть, - с удивлением произнес он.
Костя никогда не позволил себе ни одного нескромного прикосновения, ни одного 'мужского' взгляда, хоть в первые годы в нем нередко пылало плотское желание. Мои несмелые попытки и первые шаги он отвергал жестко и безоговорочно. Он считал непорядочным переводить нашу дружбу в нечто более близкое, считал, что я должна найти себе молодого, обеспеченного мужа, должна устроить свою жизнь. Считал, что может меня развлекать рассказами как друг, но не более. 'Я должен тебя прогнать, но не могу' - это было девизом наших отношений. Он любил меня, по настоящему любил, настолько, что во имя моего блага был готов пожертвовать этой любовью. А я не могла ему сказать, что я не человек и что мое благо вовсе не в удачном замужестве и паре-тройке ребятишек.
Двадцать пять лет мы были вместе, четверть века. Виделись каждые выходные. С ним я научилась 'присоединяться' - видеть то, что вспоминает и рассказывает человек, я научилась аккуратной работе с силой, научилась латать сосуды и сердце. Я очень многому научилась рядом с ним. Я помню его жизнь лучше, чем свою собственную. Странно... Я полюбила все, что любил он, разлюбила то, чего он не любил. До сих пор я считаю запах амбры вульгарным, а ландышей - восхитительным, и не доверяю бездомным собакам, потому что как-то стая чуть не загрызла его раненного, а еще люблю кошек серых, невзрачных.
Он подзывал кошек по-русски 'Кис, кис, кис...', и это всегда веселило меня. Кошки останавливались и задумчиво-оценивающе смотрели на него 'Ты и вправду меня поцелуешь?' некоторые, не поверив в обещание, уходили по своим делам, а некоторые подходили подняв в ожидании мордочку, он чесал их за ушком, гладил подбородок, они довольно жмурились 'Не поцелуй, но тоже неплохо...' В один из таких моментов я вдруг сочинила сказку.
- Однажды серая кошка гуляла по осенней листве и увидела старого короля, который потерял трон и королевство, но не перестал быть королем, и решила пройтись с ним рядом. Они шли рядышком по осенней листве и любовались вальсом золотых листьев. Король посмотрел на кошку и представился.
- Король
- Кошка, - ответила она.
И Король как истинный рыцарь поцеловал даме лапку. Как только он отнял лапку от губ, в его руке оказалась девичья ладонь.
- Вы меня расколдовали, merci. Вообще-то я принцесса, но вот... была серой кошкой. Вы теперь женитесь на мне? - с надеждой спросила она.
- Милая принцесса-кошка, я стар и у меня нет королевства, вам лучше поискать кого-то из молодых принцев, - с сожалением ответил Король, принцесса была очень мила и с первого взгляда понравилась ему.
Принцесса огорчилась отказу, но вида не подала.
- Хорошо, я поищу принца, а пока можно я побуду с вами? Я так устала бродить сама по себе.
- Конечно, принцесса, - согласился Король, радуясь, что не придется так быстро расставаться.
'И жили они долго и счастливо'. - Закончила я.
После этой сказки Костя первый и последний раз поцеловал меня.
Странно, что до сегодняшнего дня я не задумывалась о том, насколько сильно он повлиял на меня. Моя жизнь сложилась бы совсем иначе, не встреть я его тогда в парке или не пойди искать его дом, когда он не пришел.
Я не тосковала о нем, когда он умер, у меня тогда уже были Герб и Рон, а вскоре появился Диего.
Костя устал, он взял от жизни все что мог, и смерть не страшила его, он ждал ее как старого друга. Он не хотел умирать в постели и всегда надеялся расстаться с жизнью весной или осенью - под прозрачным небом.
В парке на скамейке рядом с той аллеей, где мы впервые встретились я оставила его, зная что старое сердце отсчитывает последние удары. Он всегда верил в Единого и тот забрал его к себе. Прозрачное небо, молодая листва, запах древесных почек... Весна помогла мне пережить самый страшный первый момент, она осушила мои слезы...

***
Лиан... Его сила сейчас пахла точно так же - весной.
Он уже привычно устроился внизу, уткнувшись лицом мне в живот. Я погладила его волосы, они мне очень нравятся, абсолютно нечеловеческие - тяжелые белоснежные пряди, очень мягкие и на ощупь напоминают лепестки лилии. Лиан ответил на ласку, поделившись силой в поцелуе, одном, потом еще одном и еще... Ласка, тепло, нежность, надежда, бодрость, уверенность в себе -все это я получала с поцелуями. Это не возможно ни с чем сравнить.
- 'Позволь...' - в Лиане горел красный огонек, как в человеке и взгляд был абсолютно мужским.
- 'Нет... Мы можем... Я боюсь... Я не готова...' - в тот момент я не могла даже думать связно, не то что говорить.
Лиан все понял, но понял по-своему.
- 'Да. Рано. Ты еще многого не знаешь и не умеешь. Не сможешь быстро подтянуть ребенка до взрослого ума'.
От такой трезвой рассудительности я окончательно растерялась и 'захлопнулась'.
- Но тебе все равно надо наполниться... - произнес он вслух, зная что мысли я уже не услышу.
- Конечно...
Все было как в прошлый раз и даже лучше, я отдала контроль над силой Лиану и он уже не раскачивал ее до огромных размеров, а средними, какими-то уютными порциями отдавал мне, ждал когда я ее хоть частично переработаю и начинал все по новой.
Солнце давно миновало зенит, его лучи стали косыми и желтыми, я была почти полна и не так как после одной большой кормежки, когда центры полупустые, а в артериях и венах сила бурлит, я была полна по настоящему, на несколько дней вперед.
- 'Ты не устал? Может, хватит?' - конечно, Лиан устал, его крылья уже еле шевелились.
- 'Последний раз и все.'
Этот последний раз заполнил меня под завязку - белая, красная и зеленая силы текли во мне в оптимальной пропорции. Лиан полюбовался на результат своих трудов и глаза его сонно закрылись.
- 'Я просто хочу, чтоб ты знала, что я могу. Что ты всегда можешь на меня рассчитывать' - успел он подумать перед сном.
Глупенький... и такой родной, я и так на него рассчитываю, даже слишком, наверное. Хотела отблагодарить его как всегда порцией силы, но сдержалась - ему нужно восстановиться и чужая сила, которую он и так перекачивал часами, сейчас совсем ни к чему.
Я по привычке укрыла его и встала с кровати. На автоответчике мигали сообщения: первое пару часов назад от Седрика, что он высылает ко мне волка с книгой, и что 'грязнуля' ничего не знает, но приступила к работе. Второе и третье от Дениз, двадцать минут назад она просто сообщила, что ко мне пришел мистер Румански, а пять минут назад с нотками паники попросила прийти как можно скорее.
Ох, не зря Седрик так гадко ухмылялся, вряд ли присланного волка можно назвать спокойным. Я быстро оделась и привычным маршрутом побежала на роботу.
Юмор Седрика я оценила, как только увидела мистера Румански, он был спокоен, смертельно спокоен. Родж, стоявший в шаге от развалившегося на стуле гостя, явно жалел, что у него нет огнестрельного оружия. А Дениз которую волк сверлил мертвым взглядом, не сбежала со своего рабочего места только из врожденного упрямства и отважности, она пыталась бросать ответные уничижительные взгляды, но выходило как-то неубедительно. Всю эту картину и расстановку сил я успела отметить, открыв дверь и сделав два шага
- Мисс Дженьювин...- скрыть облегчение в голосе Дениз не смогла, - Вот...
- Да, я предупреждена. Извините, что заставила ждать, - это волку, приличия надо соблюдать. Хотя бы на людях. - Пройдемте в мой кабинет.
И я вышла вновь в коридор, общей приемной у нас не было, только небольшие комнаты с общим коридором.
- Мэм... - Родж опередил вальяжно-заторможенного волка.
- Не волнуйтесь, Родж, - приказала я, глядя в глаза.
- Есть, мэм.
Волк проходя мимо охранника многообещающе ухмыльнулся, Родж не спасовал, и сцепив зубы уставился оборотню в глаза. Крепкий мужик, и не глупый, первый не провоцирует, я не ошиблась, поставив его старшим.
В кабинете я привычно юркнула за свое рабочее место, а волк молча бросил на стол пухлый сверток и развалился в кресле. Я развернула - 'Волчья летопись' оказалась печатной книгой, я отчего-то ожидала что она будет рукописной. Ну да ладно, пора приступать к делу.
- Что тебе сказал лорд Седрик?
- Что ты хочешь меня о чем-то попросить, - его голос был почти не человеческим, низким и рычащим.
Седрик... Сучий сын! Верней - кобелий.
Ладно. Справлюсь.
Я оценивающе уставилась на волка.
- Не попросить, а поспрашивать, - уточнила я.
- Ты хочешь знать ответы на вопросы, значит, ты их просишь.
Я расхохоталась.
- Мда, железная логика. Ну что волк, будешь торговаться об оплате, не зная какую услугу окажешь, или как?
Меня данная ситуация стала забавлять, мне не был страшен этот мертвый взгляд. Убить меня волк не убьет, а если нападет первым, у меня будет право его убить, и уж это право я осуществлю. Даже если я не смогу дотянуться до пистолета и кнута, а они совсем близко, я всегда могу ударить силой. Я сейчас настолько сильна, что мне не придется даже касаться его. А что если...Ох, моя любовь к рисковым и неподготовленным экспериментам не доведет меня до добра.
Волка немного сбила с толку моя веселость и это выразилось в агрессии.
- Розовая малышка, не зли меня. Или ты думаешь, что то 'мясцо' прибежит на крик и защитит тебя? Напрасно, - и он осклабился.
Я б испугалась от такого, но уже провалилась, как говорят люди, 'в неадекват' и меня тянуло хихикать от его слов и зверской рожи.
- Я розовая, но не малышка, твоего папаши еще в проекте не было, когда я была малышкой. А тебе, блохастый, стоило бы научиться вежливо разговаривать со старшими.
- Это ты-то старшая? - негромко так, спокойно спросил он, вставая и нависая над столом.
- Ага...
Напали мы одновременно. Он прыгнул вперед, стараясь достать меня через стол, а я ударила красной силой, выпустив ленту, и опрокинула в сторону свой стул. Волк пролетел над столом и, не встретив преграды в виде меня, немного неловко свалился на бок. Я выпустила еще одну красную ленту, такие удары силой плохи тем, что не действуют мгновенно. Ударив, я таким же неизящным прыжком, как и он, перевалилась через стол, который опять нас разделял. Волк с рыком поднялся на ноги и запрыгнул на столешницу, а я быстро-быстро перебирая руками и ногами отползла сидя на попе, при этом осыпая его градом ударов-лент. Мое бегство, наверное, действительно было смешным, презрительная улыбка и гримаса боли боролись на его лице.
И тут его все-таки скрутило, наконец-то! После того как я в него вбухала, эквивалент килограмма виагры, его скрутило! Но этот блохастый оказался очень сильным, своих попыток достать меня он не прекратил. Спрыгнув со стола и скрючившись, одной рукой держась за свое достоинство, он еще с минуту гонял меня по комнате. Благо в таком состоянии от его былой скорости и реакции не осталось и следа.
- Уймись, блохастый, уймись! А то хуже будет! - нервно смеясь, кричала я. Он лишь рычал в ответ, правда, все чаще срываясь на скулеж. Наконец он остановился аккурат посреди кабинета и скрючившись на коленях, вцепился зубами в ковер, вырывая ворс свободной рукой.
- Не трожь ковер, тварь! - не помня себя, я подбежала и со всей силы пнула его в задницу.
Смутно я понимала, что веду себя как-то не правильно, но как правильно я на тот момент не знала.
В комнате распространился специфический запах, и я схватилась за голову - если персонал унюхает, узнает, понапридумывают такого... Я замучаюсь им мозги вправлять, спасая свою репутацию.
Кондиционер! В пульте сели батарейки. Бардак! С неработающим пультом я вылетела в коридор и заскочила к Дениз.
- Не работает! - и швырнула пульт ей на стол.
- Возьмите мой... - а глаза у Дениз круглые-круглые.. Со спины появился Родж.
- Мэм....
- Да нормально все! Нормально!
- Это рэкет? - подала голос Дениз - Может полицию вызвать?
'Так... Спокойно.'
- Дениз, ну какой тут у нас может быть рэкет? Ну что ты... Мистер... Румански актер! Да... И он вошел в роль... Только и всего. А вы тут... панику развели...
Мне показалась, что они тоже слышали 'треньканье' моих слов. По крайней мере, на их лицах было ярко выраженное недоверие.
- И не вздумайте полицию вызывать... - я строго посмотрела на них. - Опозоримся, - ляпнула я то, что крутилось в голове.
В коридоре Родж догнал меня.
- Мэм...
- Что?!!!
- Я здесь... если что.
- Угу.
Я заскочила обратно в кабинет, постаравшись поскорее прикрыть дверь. Вылазка за пультом заняла меньше минуты, и волк все также грыз ковер, чтоб заглушить крик. Выставив кондиционер на максимум, я вспомнила что в уборной есть освежитель воздуха, которым я никогда не пользовалась, потому что, как и все не-люди не выношу синтетических запахов. Ничего, потерплю. Я принялась разбрызгивать эту гадкую вонь, отдаленно напоминающую запах хвои. Стоны волка стали как-то по-особому жалостными.
- Терпи, собака, сам тут...
И тут до меня дошло, что вбухала я в него столько, что запросто могу и покалечить, а Седрику очень не понравится, если я лишу его сильного волка.
- Так, блохастый, а ну... завались на бок. Давай! - и я не дожидаясь пнула его. Так и есть, надо отбирать силу... если еще не поздно.
- Не дергайся. Убью. - серьезно предупредила я.
Ловить взбесившиеся потоки дело не из легких и требует сосредоточения. Кое-как я все же пришла в себя, отогнав боевой транс и связанную с ним придурь. Через несколько минут кропотливого труда я извлекла все красные ленты силы и вытерла непонятно откуда взявшийся пот. Переключив зрение на нормальное я посмотрела волку в лицо, ставшее враз каким-то детским и обиженным.
- Ну что? Кто здесь старший?
Он вдруг молча опустил голову, вжавшись щекой в пол и посмотрел на меня снизу вверх. Более дикого зрелища себе невозможно представить: здоровенный мужик вжимается в пол и молча умоляюще глядит.
- Ну и правильно. Ну и молодец.
'Да что ж так жарко-то?'
Кондиционер выставлен на обогрев, а на улице лето.
Молодец я. Умница. Особенно в боевом трансе.
Поменяв настройки, я еще раз осмотрела место побоища - мебель цела, бумаги разбросаны, в ковре за шесть тысяч - дыра, оборотень со спущенными штанами все так же лежит посреди кабинета. Красота.
- Дай еще раз гляну, - я опять переключилась на vis-зрение, опасаясь увидеть черную тучку некроза над самым дорогим волку органом. Но нет, вроде бы без последствий. Все же, для гарантии, что щенята у этого придурка все-таки будут, я не касаясь влила чуть светло-зеленого.
Волк тихонько и тонко проскулил.
- Да лечу я тебя, не скули, - я убедилась, что сила не пошла кружить без толку, а растеклась там где надо, переключилась на нормальное зрение.
Мда... Выглядело все просто ужасно.
- Не бойся, поболит и перестанет. Не покалечила. Успела утянуть лишнее.
Он все так же молча смотрел снизу вверх, меня это уже начало раздражать.
- Одевай штаны, садись в кресло.
Через пол минуты волк медленно и аккуратно раскорячился в кресле.
Поймав мой взбешенный взгляд, он тут же потупился
- Извините... я...
- Да сиди, как сидишь...
Я злилась не на него, а на себя за то, что опять позволила себе наломать дров. Ну да, хотела опробовать дистанционные удары красной силой. Опробовала. Опять переключилась на vis-зрение - нет, нормально, нормально все. Хвала Свету.
- Итак, ответь мне пожалуйста, как ты ощутил мою силу, когда увидел, не далее как... четверть часа назад.
'А быстро все случилось...'
- Гм... Ну розовая...
- Ты что силу видишь?
- Нет.
- Так откуда узнал что розовая?
- Ну... такая тепленькая... пушистенькая... мягкая...- все эти эпитеты были ругательными в его устах, - розой несло... цветком...
- Не звенела?
- Звенела... Но... радостно..., не страшно совсем.
- Сейчас ты способен чуять силу?
- Нет я...- он махнул рукой, напоминая о синтетической вони освежителя.- Я сейчас ничего не чую.
- До завтра оклемаешься?
Готова поспорить, что он прижал уши, не знаю как, но он прижал уши!
- До завтра?
- До завтра.
- Оклемаюсь...
Я набрала Седрика на прямой.
- Да, - осторожно так, нейтрально произнес он.
'Сучонок, заматеревший'.
- Дорогой, merci за книгу и за волка, только я не успела сделать сегодня все что хотела, ты отпустишь его еще завтра ко мне?
- Не знаю, не знаю, - озадачен и чует подвох.
- Ну не будь букой! - я надула губки, - Ты и так из меня много вытянул!
- Две кормежки это не много, - ага, оклемался и принялся торговаться.
- Но условия этих кормежек... Если будешь вредничать, дорогой, то я тоже начну, и в итоге мы разругаемся, - с легким намеком на угрозу произнесла я.
- Ладно, моя розочка, ты из меня веревки вьешь. Мне прям стыдно за себя, но отказать тебе я не могу.
- Вот и чудно. Созвонимся.
- Созвонимся.
Седрик явно надеется допросить этого Румански, и узнать все в мельчайших подробностях, но я постараюсь не дать ему такой возможности, поставив на волка печать молчания-неразглашения.
Помоги мне Свет не превратить его в молчащего идиота, а то, как показывает практика, страшнее дурноватой бело-красной filius numinis любящей ставить опыты, ничего и нет.
Я сосредоточилась, обдумала словесную формулу ограничения и поставила печать. Волк не сопротивлялся и даже не скулил, хоть, наверное, было немного больно.
- Меньше болит? - на прощание спросила я.
Он на мгновение задумался и согласно кивнул головой.
- Ну вот видишь. Жду завтра. Сразу после полудня.
- Да... леди-divinitas.
- А, еще... Прости, но.... - и я обрызгала его освежителем. Волк состроил страдальческую рожу, но промолчал. Да, я знаю что вонь ужасная, но когда он будет идти по коридору, я хочу чтоб люди слышали хвою, а не...
Когда Румански ушел я горестно осмотрела ковер - только выбросить... Мне делали его на заказ, с еле заметным рисунком... настоящий... персидский... шелковый... Седрик, скотина, купит мне новый! Точно такой же! Или я за себя не отвечаю!
- Родж!
- Да, мэм, - взгляд на меня, на бардак в комнате, на ковер.
- Да, Родж, мой любимый ковер безвозвратно испорчен. Я хочу чтоб его скатали и отвезли по этому адресу, - я писала адрес Седрика, - хотя нет. Пока просто скатали и положили в подсобке.
Седрика нахрапом не возьмешь, чуть подожду... Удачного момента.
- Да, мэм. А... что это за вонь?
- А что за вонь?
- Э... может кондиционер завонялся, с ними такое бывает.
- Может.
- Вызвать мастера?
- Давайте подождем, может само пройдет. Мастер ведь не бесплатно придет.

Взяв 'Летопись' я ушла к себе домой. Лиан еще сладко спал и я устроилась у себя в кабинете предвкушая интересное чтение. Но где-то через час-полтора меня прервал назойливый звонок телефона.
- Слушаю, - сварливо отозвалась я.
- Что слушаю? Что ты с ним сделала? - ух ты, как Седрик нервничает. Любимого сынишку обидели или грелку?
- Седрик, ну что я могла с ним сделать? Он же пришел к тебе на своих двоих.
- Раскорячившись он пришел! На своих двоих... Ты его трахнула, Пати? Я тебя спрашиваю, ты его...
- Нет! И впредь не смей задавать мне такие вопросы! Ты забываешься. - мое ледяное шипение несколько остудило его.
- Нет? Так что же ты с ним сделала?
- Седрик, подобная информация даром не дается - это раз. Ты первый начал, прислав мне этого убийцу, запугавшего весь мой персонал - это два. Ты не предупредил его насчет меня - это три. И ТЫ смеешь орать на меня!?
Полуволк вспомнил, что он все-таки filius numinis и что вести себя надо соответственно.
- Ну хорошо, Пати, давай успокоимся....
- Ну успокаивайся, успокаивайся, - подлила яду я, - Что он говорит? - забросила я удочку.
- Пати! Ты прекрасно знаешь, что он ничего не говорит.
- Вообще молчит? - в испуге спросила я.
Раздалось рычание с переходом в утробный вой.
- У тебя что, кто-то перекидывается под боком?
- Я перезвоню!!!
А рычал-то Седрик, да... Ему надо заново учиться контролировать себя и свою силу, иначе это все плохо кончится, в первую очередь для него, а может быть и для всех нас.
Через четверть часа он перезвонил.
- Пати, ты серьезно повредила моего волка.
- Не ври.
- Не ври? Да у него член как баклажан!
Повисла пауза.
- Я должен был посмотреть, что с ним. Не выдумывай ничего.
- Не выдумываю, - соврала я, - Ничего страшного в этом нет. Я проверяла по силе, он оклемается без последствий. И не дави на меня! - я заткнула его на полуслове, - Твой волк первым набросился! Сотворенный напал на filius numinis, Седрик, ты ж не хочешь выносить этот инцидент в Совет?
- Не хочу.
- Значит, закрыли тему?
- Пати, что...
- Скажи лучше, он хоть что-то рассказывает? - перебила я уже набивший оскомину вопрос.
Седрик сдался.
- Он говорит, что ты бешеная и психованная сука, хуже Марлы.
- Ты б поучил их манерам все же... - обронила я - А кто эта Марла? - спросила я хоть и догадывалась.
- Моя 'кровавая сука', психопатка полная.
Я успела достаточно прочесть из летописей чтобы понимать, что такое 'кровавая сука'
- Угм... Ты поэтому так разнервничался?
- Пати, чтоб тебя... - замолчал, проклятия не выговорил, клятва не делать зла не позволяет даже бессильных проклятий.
- Но я действительно не могу понять, чего ты так взвился. Думаешь, мне все это вот так просто далось? Просто я не стала унижаться и радовать тебя криками о том какой ты подлец, предатель и вообще скотина, - грустно сказала я.
- Да? - Седрик насторожился и приготовился слушать, - И что с тобой?
- Ах, merci, что спросил! - я само оскорбленное достоинство,
- Ну брось, Пати, мы ж с тобой можно сказать соратники, дрались когда-то плечом к плечу.
- Угу и морда к морде, - усмехнулась я вспоминая наш первый бой.
- И морда к морде... Я знаю на что ты способна, поэтому и испугался и за него... и за тебя.
- На что я способна... А чего мне стоило это 'способна' ты помнишь?
- Ну что с тобой? Давай уже рассказывай, не ломайся. - Седрик чуть размяк в надежде выведать обо мне побольше полезной информации. А я наоборот собралась, мне нужно быть предельно точной в формулировках.
- Я очень пострадала, не телесно, нет, морально. Но, кстати ты можешь мне помочь, если захочешь.
- С чего бы вдруг мне этого хотеть, - насторожено произнес он.
- Я так и думала, - сокрушенно отозвалась я.
- Пати... Ну чем же я могу тебе помочь? Мы ж разные, у нас противоположные основы. Ты прикоснуться к себе лишний раз не даешь. Чем помочь-то?
- Я ж говорю что пострадала морально, а для нас белых это...
- Да знаю! Будете сидеть и канючить, не в силах управлять своей силой. Но что ж ты можешь захотеть такого... что я могу тебе помочь? - Седрик уже спрашивал сам себя.
Мы все очень любопытны.
- Если пообещаешь мне помочь, то расскажу и зла за выходку с волком держать не буду.
Он аж фыркнул от возмущения.
- Во-первых это мне еще надо торговаться чтоб не держать на ТЕБЯ зла за то что ты так его...
- Избавь меня от словесных игр! Мы оба знаем, что я была в своем праве! Если хочешь утверждать обратное...
- Чшш тихо, розочка, тихо... Тебе нельзя нервничать, забыла?
- Седрик, - в моем голосе слезы, - ты... ты понятия не имеешь, насколько дорогого для себя я лишилась из-за твоего придурочного волка.
- Ты его все-таки трахнула? - уже не зная, что и думать, переспросил он.
- Нет!!!!
- Все, все, не надо орать. Пати, я могу тебе пообещать, что помогу, но ты ж понимаешь, если ты попросишь того, что будет мне слишком дорого стоить, то сделка не состоится.
- Поверь, я хорошо знаю твои возможности, и эта помощь не будет тебе дорого стоить.
- Ну ладно, розочка, - с легкой угрозой произнес он, - Я обещаю, что помогу тебе восстановить душевное равновесие и поднять настроение. Нормально?
- Вполне! - я вскочила с кресла.
- Чему ты радуешься?
- Твоему обещанию!
- Ну и на что я себя обрек? - насторожено переспросил он.
- Ты помнишь мой любимый ковер в кабинете?
- А?
- Твой волк порвал его и жевал, и... запачкал! Я пришлю тебе его, ковер то есть, а ты закажешь мне точную копию! Ну и оплатишь, конечно же. Тысяч семь-восемь, для тебя отнюдь не проблема.
Он молчал.
- Седрик... Седрик...
Бросил трубку.
Я расхохоталась и довольная собой донельзя запрыгала по комнате. Лиан показался в дверях, с удивлением наблюдая за мной. Я не закрывалась, и на него обрушились обрывки разговора и причина моей радости.
- 'Волка щелкать по носу...' - он неодобрительно покачал головой, -'Пойду заварю тебе чай...успокоительный...'
В мыслях Лиан иногда был старик стариком.
Попрыгав, я упала в кресло, но как только взялась за книгу опять раздался телефонный звонок.
'О нет, он оклемался и уже придумал какую-то гадость' - подумала я и не ошиблась.
- Пати, я пуст. Я пуст, как бутылка из-под виски в раковине у запойного пьяницы. Пуст твоими стараниями. И я еду к тебе. Отфутболивай своих... источников или это сделаю я. Все. До встречи через час.
И бросил трубку. Скотина. Хищная.
Я грустно побрела на кухню
- 'Что, волк уже тяпнул?'
- 'Типа того... Еще нет. Но едет сюда и попытается не то что тяпнуть, а... обглодать'
- 'Будешь драться?' - встревожено переспросил Лиан
- 'Нет, не думаю. Он поклялся жизнью не делать мне зла, это успокаивает.'
- 'Чего же он хочет?'
- 'Силы. Информации.'
Лиан подошел и обнял меня, я безотчетно прижалась к нему в ответ. Он поцеловал меня над грудью - там, где сердце, вливая силу.
- 'Ты много потратила сегодня...'
- 'Да, дралась с волком...'
В ответ мысленный сокрушенный вздох, мол, стоило уснуть ненадолго, а она уже подралась.
- 'Тебе надо наполниться перед встречей с Седриком...'
- 'Нет. Ты сегодня и так перетрудился, я ведь вижу, какой ты вялый и тусклый сейчас, и ты еще не оклемался после вчерашнего...'
- 'Пати! Я лучше отдам тебе все, что у меня есть и во всеоружии отправлю на встречу, чем буду знать, что тебе может не хватить силы и 'гаснуть' от этого'.
- 'Ты отдашь все сегодня, а вдруг завтра опасность будет куда более серьезной, но ты уже ничем не сможешь мне помочь?'
Лиан опустил голову и отстранился.
- 'Дурашка!' - я его привлекла к себе и прижала, окутывая силой, прогоняя дурные мысли из его головы.
- Сегодня мне ничего не грозит, - произнесла вслух я, - Максимум, что может сделать Седрик - это выведать то, что я хотела бы скрыть. Не более. Поэтому - отдыхай, восстанавливайся и помни, что твое самочувствие так же важно, как и мое, именно потому, что я на тебя рассчитываю и полагаюсь.
- Я понял. 'Я все же такой глупый... флерс'
Я поцеловала его и погладила волосы
- 'Ты мудрый. Ты очень много знаешь. Тебе еще предстоит многому меня научить'
Лиан расцвел и польщено потупился, а потом засуетился, наливая мне чай.
Напившись успокаивающего отвара, я отправилась выбирать наряд на сегодняшний вечер, вернее ночь. Поначалу я хотела одеть для Седрика что-нибудь эдакое, но потом подумала, что кого-кого, а его я точно ничем не удивлю. Поэтому ограничилась белым шелковым комплектом без кружев, чулками без пояса и внешне-строгим кирпичным платьем, изюминкой которого было то, что его можно было расстегнуть полностью, как халат. Лиан заплел мои волосы во французскую косу и я стала похожа на преуспевающего адвоката, а не на женщину, собравшуюся привязать своего гостя к кровати.
Родж и Дэйви, увидев меня в таком официозе, подтянулись, а Дениз без обиняков поинтересовалась, с ноткой беспокойства.
- У вас деловые переговоры?
- Как бы да... Но это никак не касается ресторана.
Все расслабились, наши дела шли хорошо - мне удалось организовать всё так, что все были довольны и не хотели, даже боялись каких-то перемен.
За полчаса до закрытия Седрик показался в зале, он действительно был пуст, и это окончательно успокоило меня.
- Пати, что ты сделала с волосами? - вместо приветствия спросил он.
- Заплела.
- Ужас, ты похожа на налогового агента, - неодобрительно отметил он, - Пойдем поскорей к тебе, надоела вся эта людская суета.
Когда мы поднимались по лестнице он приобнял меня
- О... Оно расстегивается... Полностью? Развратный налоговый агент... Круто. Всегда о таком мечтал.
- Извращенец, - буркнула я, смеясь, - Не забывай, что я пообещала тебя раздеть, а не дать раздеть себя.
- Точно. Ты уже тогда выбрала роль налогового агента?
Смеясь, мы вошли в комнату, там нас ждал накрытый стол.
- О, Пати... Ты следуешь заветам предков, если мужчина пришел в дом его следует сначала накормить, а уж потом все остальное - похвально, похвально.
Я специально подобрала холодные мясные закуски для него и шоколадные конфеты для себя, каждый взял свое и принялся есть, глядя на другого. Через минуту мы расхохотались.
- Пати... Розочка моя, смешная, - это вышло так мило и по-доброму, что тронуло меня.
- Зачем ты заставила меня купить ковер? Знаешь, как это меня взбесило?
Я потупилась на откушенную конфету.
- Но это действительно был вопрос внутреннего равновесия. Да и... просто шутка.
- Иди ко мне, шутница...
Очень хотелось поддаться этому ласковому бархатному голосу, но... Я успела к нему присмотреться и видела, что он тщательно прикрыл центры, и они могут быть полны под завязку.
- Давай решим все наши дела до... того как я тебя раздену.
Он помолчал.
- Давай. Я хочу знать, что ты сделала с Руманом. Что его так напугало и сломало, и почему он считает тебя хуже Марлы.
- Что ты готов отдать за это знание?
Седрик помолчал, как бы обдумывая, но на самом деле он давно все решил.
- Если ты ответишь на эти три вопроса, я дам тебе четырех волков для охраны и сопровождения, когда ты пойдешь в лежку вампов. Я обяжу их беспрекословно подчиняться тебе, и они будут отвечать за тебя своей жизнью.
- Хороший пряник оказался у тебя в рукаве, - с улыбкой произнесла я.
- Ну, мое щедрое предложение было ожидаемым, не так ли.
Я молча кивнула. В прошлый наш разговор я забросила удочку, но не стала просить напрямую, понимая, что он многого захочет за такую услугу, а теперь получу почти даром.
- Я принимаю твои условия. Что я сделала с мистером Румански - атаковала его красной силой, атаковала дистанционно.
Я помолчала, давая Седрику время на осмысление.
- Атаковала... Красными лентами? - переспросил Седрик.
Оп-па, он что, тоже так может?
- Откуда ты знаешь про ленты?
Он отрицательно покачал головой и погрозил мне пальцем. Я демонстративно надулась.
- Что ты куксишься? Сама торгуешься за каждое слово и тут же хочешь вытянуть из меня что-то за просто так.
- Не хочешь, не говори, - ага, раз он не потребовал продолжать, значит, готов все же рассказать о 'лентах', только на каких условиях?
- Научишь меня защищаться от них - расскажу.
Я растерялась.
- Защищаться? Я не знаю какой-то специфической защиты от них, - или поймать и выдернуть или переварить.
- Так и знал что от тебя никакого толку.
Я отвернулась и села почти спиной. Зря. Этот хам расстегнул заколку на косе и успел потеребить ее, чтоб расплести до того, как получил по рукам. Рассерженная я встала и заходила по комнате, Седрик наоборот напоминал сытого кота.
- Ты ответила только на один вопрос, и могу признаться что, второй меня интересует куда более.
- А что второе?
Он закатил глаза, мол, ну и дура.
- Чем ты его так напугала?
- Да откуда ж я знаю!
- Это не ответ, - в его голосе послышался металл. Я остановилась и глянула на него vis-зрением. Так и есть, центры полны, он сам напряжен и, кажется, готов драться. Что происходит!?
- Седрик, я... Только не делай глупостей, ладно? Я не хочу чтоб ты сдох на шесть часов позже чем я. Хорошо?
- Ответь, Пати, что его так напугало. Ты же белая, вы ж не можете причинять боль другим существам, вы от этого 'гаснете'. Я помню, как ты слабела, борясь со мной, я проиграл по времени, еще б чуть-чуть и ты б лишилась чувств от опустошенности, да ты почти вырубилась, пока я привыкал к метке. Как ты смогла причинить Руману боль, да еще так, что он прижимает уши при одном воспоминании о тебе?
Я присела в кресло, обдумывая ответ. Седрик привык думать, что я неопасна, что я не боец, а вот, оказывается, очень даже боец... И это очень напугало его.
- Я... Иногда я просто закрываюсь и при этом впитываю силу противника, по чуть-чуть, чтоб стать таким же агрессивным как он, - Седрик кивнул, ему был знаком этот прием, - Это когда драка идет оружием, а не силой. А когда нужно бить силой, генерировать ее, я впадаю в боевой транс.
- Вот как. Мило. И в чем же он выражается?
- Ну... Мне все становится смешно и ничего не пугает. Ржу как дура, - тихо закончила я.
- Смеешься... И с Руманом смеялась?
- Ну да...
- Тогда понятно...
- Что понятно?
- Марла тоже ржет, психопатка, когда убивает, просто заливается смехом.
'Брр...'
- Все? Ты успокоился?
- Розочка моя, а твои шипы вовсе не призрачны...
- Им далеко до твоих клыков.
- Хорошо, что ты понимаешь это.
- Понимаю, Седрик, я все понимаю. За эти годы я и полслова не сказала тебе во вред. Я не клялась и не поклянусь, но ты знаешь, что я тебе зла не причиню.
- Иди ко мне, пушистенькая. Хоть раз позволь мне сделать то, что я хочу. Я знаю, где надо будет остановиться.
- Никакого секса, Седрик...
- Тебя так напугал наш первый раз? - саркастично спросил он.
- Не смешно!
- Пати... Я обещаю, что не сделаю ничего вопреки твоей воле, твоим желаниям.
Да, больших гарантий своей безопасности я не получу. Я приблизилась к нему, и он встал навстречу.
- Я буду мягким и пушистым, почти как ты, - бархатным голосом пообещал он.
Мы медленно кружились в подобии танца, хоть музыки и не было. И конечно же, Седрик расстегивал все эти маленькие пуговицы на моем платье, сначала снизу, потом сверху, потом опять снизу... Происходящее мне скорее нравилось, чем нет, но удовольствия я не получала. Это не шло ни в какое сравнение с тем, что у нас было с Лианом, с ним я раскрылась и расслабилась, а с Седриком надо было играть в открытость и не терять контроля над собой и силой ни в малейшей степени - это не удовольствие.
Последние пуговицы Седрик все же оторвал одним рывком и мягко уронил меня на кровать, пока мы танцевали я тоже не бездельничала и стянув галстук, расстегнула его рубашку, он сбросил ее и встал на колени надо мной. Чувство опасности резануло как нож - нельзя быть похожей на жертву, нельзя покорно лежать под ним. Я села, но неснятое, спущенное платье связало мне руки, и Седрик толчком опять опрокинул меня на спину, я дернулась и 'закрылась'...
- Чшш, тихо, тихо... Я контролирую себя...
Сила в нем бурлила, и он все больше наливался красной, не родной, плохо контролируемой...
- Ну что ты погасла... Розочка моя, я хочу слышать твой аромат, ну же раскройся...- в упрашивании слышалось рычание, а ласки пока еще нежные грозили в любую секунду превратиться в боль.
Мне это совершенно точно не нравилось. Но сделав надо собой усилие я расслабилась и раскрылась, отдавая ему силу.
- Да, моя сладкая, да, моя летняя, моя пушистая...
Напряженность спала. Получив порцию светло-красного он ненадолго стал по настоящему нежен. Но красной силы теперь в нем было слишком много, она требовала выхода или же конвертации... А конвертировал Седрик в черную, в данном случае - в агрессию. Этого допустить нельзя.
Мне этого очень не хотелось, но я в поцелуе отобрала большой глоток, уже успевшей стать багровой, силы, это было противно, как будто пьешь кровь. Седрик не ожидал такого, но обрадовался и влил больше, чем я хотела взять.
- О да...Возьми еще.
- Нет!
- Тогда отдай. Ты теперь пахнешь иначе, одного глотка хватило.
Я боролась с собой, чтобы не выплюнуть его силу, это было бы серьезным оскорблением, я старалась ее переработать, но получалось пока плохо. Седрик принялся по чуть-чуть вытягивать из меня в поцелуях, а вытягивание силы само по себе неприятно, я терпела сколько могла.
- Хватит!
- Как скажешь, розочка, как скажешь, - но его покорность никого не обманывала.
- Седрик, мы заиграемся. Ты заиграешься. И нарушишь обещание.
- Я контролирую себя. А ты?
Вопрос был задан не просто так - его сила начала влиять на меня, и мне уже хотелось почувствовать силу рук, блуждавших по моему телу, хотелось... Чужая сила, чужие желания...
- Седрик, хватит, остановись.
- Кому ты не доверяешь мне или себе?
- Твоей силе!
Он рассмеялся польщенным смехом победителя.
- Ты... если б ты знала насколько желанна, когда в тебе моя сила, когда ты не приторно сладкая, а такая... самочка, молоденькая, перепуганная самочка, которая боится, что ей сделают больно, но все же хочет, очень хочет!
- Седрик, НЕТ! Я ничего не хочу. Я хочу, чтоб мы прекратили все это и разошлись. Ты полон, более чем полон. Я тебя покормила.
Его лицо исказила ярость, но он закрыл глаза, пытаясь управлять собой и сконцентрироваться, я тоже зажмурилась в страстном желании того, чтоб он взял себя в руки. Вдруг вес его тела пропал...
- Убирайся!
Я поняла только то, что меня отпустили и надо бежать. Схватила платье и выскочила из комнаты, закрывшись им, я прижалась к захлопнувшейся двери не представляя, что делать дальше. В кабинет! Я заскочила к себе и чуть не поскользнулась на непривычно голом полу. Этот глупый пустяк меня доконал и я, дойдя до кресла, разрыдалась.
Слезы, рыдания - это то, что забирает силу, выводит ее вместе с влагой и звуком, откровенным воем или заглушенными всхлипами. Я выплакивала черноту, которой я нахлебалась от Седрика, которой позволила появиться от собственного страха и унижения, заставив себя делать то, что не хотела.
Наверно я б плакала еще долго, погрязнув в жалости к себе и самобичевании, но меня отрезвила одна мысль. 'Лиан очень расстроится, увидев меня такой, и будет себя корить'. Как ни странно, но слезы высохли сами собой, я осознала, что сижу в чулках и трусиках и плачу как последняя дура, позволяя уже своей собственной силе покидать меня. Я осмотрела надорванное и мокрое от слез платье, и все же надела его, долго возившись с двумя десятками гадостных пуговиц. На животе нескольких не хватало, ну, хвала Свету, что на животе, а не ниже - можно все же как-то пройти мимо охраны, прикрывшись. Я пошла в уборную, умылась, расплела остатки косы и причесалась, посидела в рабочем кресле, окончательно успокаиваясь и собираясь с мыслями. Прикрыла полупустые vis-центры и набрала охрану
- Мой гость уже ушел?
- Да, мэм.
- Хорошо.
Путь свободен, я нашла какую-то папку, прижав ее к животу прошла мимо Алекса, старшего ночной смены, и оказалась в своем переулке. Привычный подъем по лестнице и я дома.
Лиан вышел заспанный, услышав, что я пришла.
- Спать, живо! - я закрыла нашу связь наглухо, - Эту ночь с цветами. Восстанавливайся.
Я мимолетно поцеловала его, не боясь, что он что-то почует, силу я успела привести в порядок, и он, успокоенный, ушел в свою комнату.
А я пошла на кухню за чаем и медом, в надежде, что они помогут забыть гадкий вкус силы Седрика. После чаепития мне окончательно полегчало и я, включив автоответчик, отправилась спать.



Создание сайта Aviva

Связь с администратором