1. Потерянное одиночество - Страница 13

Серия Divinitas

Индекс материала
1. Потерянное одиночество
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Все страницы


***
Проснулась я от того, что Лиан тихо зашел в мою спальню, принеся с собой свежесть лугового утра, и привычно устроился внизу. Вдвоем мы подремали еще с часик, а проснувшись окончательно, я принялась играть с его волосами, для него это послужило сигналом к действию.
Опять поцелуи-подарки в живот, он уже сам знал, когда остановиться, и я полностью отдала ему контроль над происходящим. Вновь уютные порции силы, как дуновения свежего ветерка между нами. Они делятся пополам, словно пирожное, съедаются с удовольствием, и мы тут же принимаемся за следующее. Все было идеально, все было так как я хотела. Лиан остановился, как только почувствовал усталость, и я была благодарна ему за это. Я была благодарна за все... Сердце сладко сжалось и белая сила, взявшись ниоткуда, выплеснулась цветком-облачком, окутав Лиана.
Он удивленно уставился на меня своими огромными сверкающими глазами, по чуть-чуть принимая подарок.
- 'Пати?' - с надеждой спросил он.
Я не понимала о чем он спрашивает, и Лиан увидел это непонимание.
- 'Пати, забери половину' - чуть грустно попросил он.
Я послушалась. Мы поделили этот огромный сказочный торт из света, тепла и радости и, объевшись, улеглись рядышком.
Когда каждая клеточка тела перестала петь как весенняя пташка и звенеть как ручеек, когда мысли вернулись в голову, потеснив блаженную пустоту, я вспомнила о вопросе Лиана и захотела объяснений, но он еще не пришел в себя. Уютно устроив щеку в моей ладони, он бездумно водил пальцами по руке, а сверкающие крылья мерно двигались, разбрасывая искры силы, из-за этого воздух в комнате стал как на лугу после дождя.
- Лиан, - мягко позвала я.
- М? - глаза пьяные-пьяные.
- 'О чем ты спрашивал'?
- 'Спрашивал? А... Я подумал, что ты передумала и захотела сделать ребенка. Мне.'
Мой мозг завис, как зависают компьютеры, не в силах осмыслить услышанное. Но все же, постепенно смысл сказанного дошел.
- 'Я не хочу ребенка. Сейчас' - осторожно сказала я.
- 'Угу, я понял. Догадался, что ты это случайно', - Лиан оставался все таким же пьяным и чуть сонным, - 'Но это было так похоже... Не думал, что вспомню...'
- 'Вспомнишь что?'
- 'Мы ж первые... От нас все флерсы, от нас и Матерей... Думал, что забыл...'
- 'Спи, мой хороший'
- Угу... - и он отключился совсем.
У меня возникло четкое ощущение, что я несусь на взбесившейся лошади, моя жизнь несет меня, не разбирая дороги, события за событиями - одно неверное движение и я на земле, со сломанной ногой или шеей, как повезет. Почему-то это не пугало. Совсем. Может, я устала бояться и осторожничать? 'А может, это переизбыток белой силы, отключающий самосохранение' - выскочила вдруг мысль, похожая на вечно брюзжащего домового из детства. Может и так. Но вернуть ничего нельзя, лошадь не слушается ни узды ни кнута, остается только вцепиться покрепче и постараться не делать глупостей. Кстати, о них... Волк должен скоро прийти.
Ох... Лиану спать лучше с цветами, а не здесь. Что же делать?
- Лиан... Лиан...
Спит и только крылья чуть шевелятся - работают, превращая белую силу в салатовую. Чувствуя себя донельзя странно и дико, я осторожно посадила его, взяв за плечи, а потом подняла и поставила на ноги, он не проснулся лишь попытался упасть, я удержала и в конце концов взвалила его на плечо. Он был легкий, но отнюдь не невесомый, с такой ношей я без проблем миновала двери и коридор, и, занеся в комнату, так же постепенно опустила его на топчан. Хоть бы нахмурился что ли, но нет, мордашка безмятежная как у маленького ребенка.
Лиан... Я не могу понять, как к нему относиться. Ребенок, дитя? Но иногда он напоминает старика, и бывает мудрее меня. Мужчина, любовник? Почти любовник... Не могу я относиться как к мужчине к тому, кого ношу на руках...
Ладно, как я отношусь к Лиану, вопрос из ряда риторических. А меня ждет грубая реальность в виде присмиревшего, я надеюсь, волка.

Придя на работу, я первым делом отправилась на кухню, за привычным завтраком - фрукты и пирожное. Поль, наш шеф-повар, как всегда ругался с помощником. Вообще то он Пол, но требует, чтоб его звали на французский манер.
Я поцеловала его в щеку, и он замолк на полуслове.
- Пати, вот твой завтрак, - Поль единственный, кому дозволено фамильярничать.
- Угу. Merci.
Поймала благодарный взгляд от младшего повара...
Поль божественно готовит и умеет управляться со сложным хозяйством кухни, но излишне эмоционален и культивирует в себе это, считая свои истерики проявлениями творческой личности. Даже Дениз не всегда может справиться с очередным скандалом, когда ей под нос суют завядшую зелень или подванивающую креветку, в таких случаях всегда ищут хозяйку, меня. 'Мисс Дженьювин, Поль опять расстроен' - это пароль, значит надо идти на звук и утихомиривать гения от кулинарии.
Я съела свой завтрак и крутилась по кухне в поисках вкусненького... О, штрудель с лимоном...
- Нет! - раздался окрик достойный сержанта, это Поль заметил мой пристальный взгляд.
- Мне надоели шоколадные пирожные, - робко заявила я.
- Неужели? А что ты жуешь сейчас?
Жевала я именно шоколадное пирожное, поэтому обижено надулась. Это сработало, как всегда.
- Хорошо, что ты хочешь? Штрудель?
Я задумалась.
- Яблочный пудинг с корицей.
- Хорошо. Тебе принесут его в кабинет, а сейчас оставь кухню!
Я запихнула последний кусок в рот и, оставив грязную тарелку, покинула вотчину капризного мэтра.
Настроение преотличное...было испорчено, как только я заглянула к Дениз, она сидела обставленная огромными корзинками с розами - белыми, бело-розовыми и розовыми.
- Мисс Дженьювин, это все от мистера Седрика, - хмурясь, сообщила она.
- А что тебя раздражает? - спросила я.
Дениз поборолась с собой, но ответила, она всегда отвечает на вопрос и всегда говорит правду - отличное воспитание.
- Они безвкусны, эти корзинки, будто он хочет вас купить или демонстрирует, насколько богат. Богат, да, а вкуса нет, - и она уставилась на меня, ожидая согласия или возражений.
- Ты права, Дениз, как всегда права...А ковер отправили?
- Да, еще вчера поздно вечером.
- Отлично. Я заберу корзинки к себе, чтоб они не злили тебя. Отберешь себе цветы для букета на стол?
- С удовольствием. Сами цветы очень хороши, - смягчилась она.
Я глянула на карточки, приложенные к цветам, на белых 'Прости', на бело-розовых 'Не сердись на меня, это бесполезно', на розовых 'Нам никуда друг от друга не деться'. Дениз изучала меня, пока я изучала карточки, конечно же она прочла их.
- Хам... Но от него действительно не деться... - прокомментировала я.
- Всегда можно обратиться в полицию, - отозвалась Дениз.
- Ну, надеюсь, до такого не дойдет, - с улыбкой отозвалась я.

Я затаскивала последнюю корзинку к себе, когда Родж привел мистера Румански.
- Рада вас видеть, - я лучезарно улыбнулась, глядя в лицо гостю. Волк в ответ потупил взгляд и буркнул что-то приветственное.
Родж знаками давал понять 'если что, я здесь', и я кивком отпустила его.
Скромно устроившись в гостевом кресле, волк избегал смотреть мне в лицо.
- Итак, мне нужны ответы на вопросы.
Оборотень согласно кивнул, всем видом выражая готовность отвечать.
Я провозилась с ним минут сорок, но оно того стоило. Оказалось, что волки практически не чуют силу под щитами, зато даже бело-зеленое сочетание способно их напугать или насторожить, тут Седрик был прав, главное не окрас силы, а ее количество. Когда я под конец беседы, ради чистоты эксперимента переконвертировала часть белой силы в красную, волк вообще сжался в кресле вдавливаясь в спинку. Я с трудом смогла из него вытянуть 'Как лорд Седрик во время инициаций... только солнце, а не луна', Нострадамус бы удавился от зависти, ему такое шифрование и аллегории были не под силу.
Отпустив мистера Румански, я набрала Седрика, хоть и не хотелось с ним общаться, а деваться, по крайней мере, пока не вытащу флерсов, мне от него некуда. Специально набрала офисный номер, трубку взяла секретарь, причем не та, с которой я общалась в последний раз.
- Здравствуйте, это Пати Дженьювин, могу я услышать мистера Мэдоу.
- Конечно, мисс Дженьювин, - мне обрадовались как любимой родственнице, - Секундочку, я сейчас соединю.
Навел Седрик шороху среди своего секретариата...
- Пати?
- Угу, - что-то мне враз отказало мое красноречие, уж очень он обрадовался моему звонку.
- Ты прослушала мои сообщения?
- Сообщения? Нет.
Секундное молчание, я так и видела, как он закатывает глаза.
- Ладно... Я хотел сказать... Короче, ковер получил, уже связался с поставщиками, через две недели будет тебе точно такой же... Я приду сегодня к тебе, поужинаю в твоем ресторане, хотел бы, чтоб ты разделила со мной трапезу.
Это все было сказано небрежно, но напряженность ощущалась явственно, он знал, что чуть не сорвался, что взял ситуацию в свои руки и довел ее до критической точки, и если я откажусь с ним отужинать, это будет означать, что я ему больше не доверяю, это будет разрыв наших отношений.
Хотелось бы, да рано...
- Галантно ты на ужин зазываешь, - саркастично заметила я, - Хорошо, отужинаем сегодня вместе.
- Отлично, розочка, я буду в девять.
- Не опаздывай, - буркнула я напоследок.
Да... а звонила поблагодарить за цветы и присланного волка, ну да ладно, вечером наверстаю.

Покрутившись в офисе и поняв, что никому не нужна, я ушла домой. Лиан проснулся, когда я к нему зашла, он был переполнен силой, весь сиял и искрился как роса на солнце. Он попытался было отдать львиную долю мне, но я и так была полна.
- Лиан, а ты умеешь сбрасывать силу в накопители, в воду, например?
- В воду... не умею. Умею в еду... когда готовлю. В хлеб, в печенье... в компот! - и он заглянул мне в глаза, ожидая похвалы... ребенок.
- Компот это хорошо, - согласно покивала я, видя как он радостно вспыхивает, - Приготовь сухое печенье и компот, постарайся их напитать насколько сможешь.
Он с готовностью кивнул и мы пошли в кухню, я хотела почитать 'Волчью Летопись', но понимала, что Лиан жаждет общения со мной или хотя бы моего присутствия. Найдя компромисс, я устроилась в уголке в плетеном кресле, Лиан что-то напевал, возясь с продуктами, но мне это не мешало.
'Волчья Летопись' какое эпическое и претенциозное название, впрочем многие сотворенные в своих хрониках возвеличивают себя, пытаются доказать что никакие они не сотворенные, что были всегда, даже когда еще богов еще не было. Единственные кто мог утверждать подобное и не казаться завравшимся лгунами были оборотни, но не северные волки, а просто оборотни. Оборотни были везде: в далекой России - волки и медведи, и, кажется, рыси, в крае вечной зимы - белые медведи и котики, в Африке - крупные кошки, в Южной Америке - ягуары, в Северной тоже были свои, но они умерли вместе с индейцами. Но вот в чем загвоздка - оборачиваться могли единицы, как правило, шаманы и жрецы. Поставить же оборотничество, выражаясь современным языком, на поток смогли северные боги. Сами же волки-оборотни, как и полагается, отрицали свою зависимость от богов, мол вот было такое сильное и грозное племя и до того оно было сильное и грозное, что стали они оборачиваться волками... Угу... Смеяться после слова 'стали'. Ну да ладно, жили волки в соседстве с племенами викингов, особо с ними не враждовали, выкупали у них женщин для себя или же захватывали пленниц в походах. От хорошей жизни оборотни расплодились, я думаю, им покровительствовал какой-то черный универсал типа Седрика, только на порядок мощнее, а расплодившись, стали потихоньку расселяться по территории Европы.
И тут-то отлаженная система дала сбой...
Оборотням нужны человеческие женщины - волчицы бездетны, они не могут выносить, оборачиваясь в каждое полнолуние, а пробыв несколько месяцев в теле животного, теряют разум и не могут вернуть человеческий облик. Но когда женщина рождает ребенка, он будет всего лишь человеком, сильным, агрессивным, и неуравновешенным, и чтобы он стал оборотнем, нужна инициация. А для инициации нужен сбор стаи и определенные обряды, или же вмешательство темного, знающего как пробудить спящую силу, как заставить ее работать, трансформируя тело каждое полнолуние. Если не инициировать спящего оборотня, то рано или поздно сила разрушит его, сведет с ума, она будет искать выхода в бешенной ярости, и может найдет, изменив тело, а может нет, и тогда человек бешенным зверем будет убивать всех кого увидит, кто попадется ему на пути.
У себя на севере оборотни никогда не оставляли детей неинициированными, а переселившись в Европу стали позволять себе лишнее. Времена были темные, человеческая жизнь ничего не стоила, и волки забыли законы равновесия: не убивай без нужды, не убивай детей и женщин.
Они грабили и жгли селения, насиловали женщин, пьянея от своей силы, росшей от страха и ненависти жертв. Часть женщин убивали, часть отправляли в свои поселения. Некоторым удавалось сбежать, некоторые выживали, когда их небрежно добивали, либо сочли уже мертвыми. Во время насилия жертва неминуемо получала частицу силы, которая останавливала кровь и заживляла раны, и иногда после нескольких дней беспамятства женщина приходила в себя на пепелище в окружении трупов. Сбежавшие и выжившие жертвы насилия рожали спящих оборотней, а люди тогда чтили законы жизни и смерти, поэтому матери крайне редко убивали своих детей, хоть и ненавидели их отцов всем сердцем. Они или подбрасывали младенцев, или растили сами, прививая ненависть к племени оборотней.
Довольно быстро, буквально за пару десятилетий, оборотни восстановили против себя все близлежащие земли. Люди и раньше пытались им дать отпор, но волки были сильнее, а теперь собрались вместе несколько племен и среди тех, кто шел войной на безумных разбойников, были и спящие оборотни, в бою стоившие десятка. Люди уничтожили поселения волков, лишь немногим удалось скрыться. И в ту войну люди убивали всех без разбору, вырезая под корень тех, кто принес им столько зла. Это было самое масштабное противостояние людей и не-людей.
Выжившие оборотни собрались вместе и поселились в глухих лесах. Затаились на долгие годы, отлавливая беспечных сборщиц ягод и грибов по мере необходимости. Так длилось несколько десятилетий, если не столетий.
Тем временем северные собратья все так же ходили в морские походы и тоже расселялись. Только небольшими стаями и всегда вступали в союзы с людскими племенами, против одних воевали, с другими дружили, хорошо усвоив урок, что бывает, если восстановить против себя всех. Кстати, морской волк, это не пустое словосочетание, были стаи особо сильных, уравновешенных, почти неподвластных луне волков, способных несколько месяцев не сходить на сушу. Однако эпитет уравновешенный в отношении оборотня означает, что он может сохранять разум во время полнолуния, а не то, что люди понимают под этим словом, как раз наоборот. Уравновешенный оборотень крайне агрессивен как человек и плохо себя контролирует, сначала действует, а потом думает, такова плата за то, что сила не находит естественного выхода, не имеет возможности изменить тело и разум полностью.
Отдельно надо сказать о волчицах. То, что они не могут иметь детей, здорово корежит их мозги и у них есть всего лишь два пути. Первый, и по нему шли большинство, это самый низ иерархии стаи, ведь, как ни крути, а женщина физически слабее мужчины. Волчицам доверяли стеречь пленниц, покуда они вынашивали и выкармливали детей - этакая социальная ниша охранников-вертухаев. Второй путь, для избранных - стать кровавой сукой, бойцом, способным во время иерархического поединка забыть все: страх, боль, привязанность, и убивать. Убивать своих, чтоб боялись. Оборотни вообще мягко выражаясь малоприятные личности, а уж кровавые суки - полные психопатки. Довольно часто они кончали жизнь от удара в спину, потому что собратья предпочитали избавиться от столь непредсказуемого и склонного к убийству создания. Но бывало и такое, что суки становились во главе стаи и руководили ею годами.
Так волки жили несколько столетий, пока вера в Единого не распространилась по всей Европе, пока люди не начали вырубать леса, строить дороги, расширять города, возделывать каждый кусочек земли. Пока цивилизация не набрала ход.
Для волков, как и для divinitas наступили трудные времена, они ушли в дальние малонаселенные земли, очень многие перебрались в Новый Свет, часть затаилась в горных лесах Трансильвании, кто-то осел в Гренландии и в других негостеприимных северных землях.
В Новом Свете волки зажили неплохо, с каждым годом их становилось все больше и случилось неизбежное - они схлестнулись со столь же быстро развивающейся общиной вампов. Волками тогда руководил сильный и дальновидный вожак, он до последнего пытался избежать открытого противостояния, но молодняк вампов - тупые и агрессивные особи, начали охоту на молодых волков, и многих убили буквально за одну ночь. Оборотни такого не стерпели, вскрыли лежку и перебили всех кого нашли. Но тут в свою очередь в игру вступили старые и сильные мастера, которым стало обидно, что детишек, в которых было вложено столько времени и сил, изничтожили - стая понесла огромные потери. Волков могли перебить всех: старый сильный вамп - крайне неприятный противник, он очень быстр, не чувствителен к обычному оружию, сам может мгновенно отрастить и когти и клыки. Фактически, то немногое, к чему вампы уязвимы - это белая сила, сила Единого и серебряное оружие, раны от которого вамп не может затянуть за секунды. Варианты расчленения и сжигания хороши только для спящих, с бодрствующим ходячим трупом такого не провернуть, а белая сила и сила Единого волкам не подвластны, так что вампы-мастера грозили убить всех оборотней до единого. Но вожак нашел способ спасти своих: волки каким-то чудом все же нашли лежку мастеров и выкрали одного, связали освященными веревками и передали посреднику человеку. Тот привел священника экзорциста, и когда ближе к вечеру вамп стал просыпаться священник начал ритуал, считая, что освобождает человека от демона. Удивительно, что вамп не умер, хоть и был очень близок к этому, второй вамп-мастер примчался к нему на помощь, но не смог ничего сделать - священник истово веровал, и его вера защищала как его, так и посредника, который подученный волками, потребовал от обоих мастеров клятвы-завета о вечном перемирии. Вампы согласились. Не знаю уж каким образом угомонили экзорциста, но пленного освободили и на северо-востоке Америки, включая Канаду, волки и вампы открыто не враждуют уже больше двух сотен лет.
А еще в летописях была история о европейских волках-ренегатах, принявших Единого и ставших служить ему, уничтожая вампов и даже divinitas. Я читала про это открыв рот и выкатив глаза, оказывается, приняв крещение и постоянно посещая церковь, участвуя в ритуалах, спящие и действующие оборотни 'растворяли' свою силу, уменьшали ее и тем самым брали под контроль. Но на отступников-убийц ополчились все: и волки и вампы и divinitas за несколько лет отряд ренегатов все же уничтожили. Но волки увидели путь, который позволял им влиться в современный мир, выйти из лесов и жить, как раньше с людьми, жить как все.
'Волчья Летопись' имела собственное летоисчисление, никак не связанное с людским, христианским, и поэтому о времени описанных событий можно было лишь догадываться. Эту летопись писал, или дописывал явно волк из Нового Света - всюду сквозило пренебрежение к европейцам, да и подробное описание войны с вампами мог дать только тот, кто услышал это все из первых уст.
Закрыв последнюю страницу, я задумалась.
- А мохнатые - гадкие твари... - резюмировала я вслух.
- Угу. Или ренегаты или психопаты, - отозвался Лиан. Эта фраза была столь странной в его устах, что я без слов уставилась на него.
- Ну, так ваша тетушка любила повторять, - смутился Лиан.
- Психопаты это волки Седрика...
- Нет, не только. В свободной стае примерно половина не ренегаты, но вожак ренегат.
Все всё знают! Кроме меня!
- Откуда ты знаешь?
- Ну так сэр Руфус вел дела с волками и о них часто шла речь в доме, обсуждали как бы вместо нас, флерсов, прикормить волков да каких, да чем с ними расплачиваться. Ренегаты не подходят для такого, они считают себя людьми и не любят divinitas, а вампов перебили бы всех, если б не перемирие...
Лиан замер, смотря на меня, что он увидел не понятно, но он оборвал рассказ, приблизился и прижался, вливая силу.
- Чего ты, дурашка? - удивилась я, он засмущался, и я открыла связь.
- 'Не надо иметь дел с волками... Не надо...Они злые...'
- 'Лиан, ну что ты как маленький ребенок...'
- 'Прости... Я не хочу, чтоб ты рисковала, не хочу, чтоб с тобой что-то случилось'
- 'А спасти своих сородичей ты хочешь?' - вырвалась у меня жестокая мысль. Лиан выплеснул на меня бессловесное чувство горечи, разрываясь между мной и родственниками. Я прикусила язык, хоть он и не виноват, а потом подумала - 'Сказала А, скажи и Б'.
- 'Лиан, на тебе большая ответственность, тебе надо учиться расставлять приоритеты и принимать риск. Да, вести дела с волками, с Седриком - большой риск, но спасти пленных флерсов это наша цель, твоя и моя. Этой цели нельзя достичь ничем не рискуя, ничем не жертвуя. Понимаешь?'
- 'Я не могу... Не могу выбирать... Мне плохо от мысли что ты можешь пострадать, мне плохо, когда я вспоминаю что с ними...'
- 'Учись думать, Лиан. Ты знаешь, что я сильна, а значит, риск пострадать не велик...'
Он согласно кивнул и постарался взять себя в руки, сила, хаотично носившаяся в нем, успокоилась и вернулась в вены.
- 'Вот и молодец, вот и умница' - я поцеловала его в макушку и закрыла связь, дабы мысль о том, что моя сила еще не гарантирует успеха, не дошла до него. Мало быть сильной, надо быть еще и умной...
Компот и печенье вышли отличными, они так и светились и имели привкус силы Лиана - бодрость лугового утра.
- Я тут подумал... Я попробую воду... в воду сбрасывать...
- Попробуй, - с улыбкой отозвалась я.
- Значит вожак свободной стаи ренегат..., - сама себе сказала я.
- Угу, он отказал Руфусу и запретил своим с ним связываться, а лорд Седрик если бы и дал волка, то только для того, чтобы мохнатый загрыз Руфуса, - Лиан пересказывал то, что слышал, словно ребенок.
Я улыбнулась.
- Насчет лорда Седрика, это в точку.
Ой, ужин с Седриком!
Я собралась в рекордно короткие сроки, надев первое, что попалось в шкафу, схватила босоножки в руки и помчалась по пожарной лестнице.
Он уже ждал, мое появление было встречено оценивающим взглядом самца, я нервно оглядела себя - черное коктейльное платье на бретельках не скромное, но и не вызывающее, босоножки... Чего он смотрит на ноги? Чулок нет. Вот дура...
- Здравствуй, розочка.
- Привет, Седрик.
Мысли в голове у меня разбежались, я была под впечатлением от 'Летописи' и разговора с Лианом, хотелось брякнуть 'Почему ты не сказал что вожак ренегат?'. Но я все же понимала, что не стоит показывать свою неинформированность. О!
- Спасибо за цветы и за волка.
- Ты их не выбросила?
- Нет, стоят.
Тут подошел официант и мы сделали заказ, как всегда: Седрик мясо, а я фрукты и сладкое.
- Ты хороша сегодня, - обронил Седрик, - тебе идет естественность.
Я молча кивнула, принимая комплимент.
Мы помолчали, и это молчание было натужным и тяжелым.
- От грязнули ничего не слышно? - нашлась я.
- А... да, она звонила... Это не 'Бэггер' совершенно точно, там нет возможности кого-то прятать. Скорей всего это бардак в Южном Бронксе, как раз сегодня она отправится туда.
Я кивнула, мол, хорошо...
- Ты спрашивала о красных лентах...
Ага! Вот оно, настоящее извинение, а не плебейские корзинки.
- Да...
- Прошлой осенью Эдалтери и Пасьон заигрались... верней Эдалтери заигралась и убила мужика, да не простого, а какую-то шишку политическую. Полиция начала рыть, пришла к ним, а они не придумали ничего лучше, как грубо промыть мозги копу. Я узнал об этом случайно, пришлось вмешаться: нескольких людей допросить и подчистить им память, уничтожить данные с компа... В общем, это было самое хлопотное дело по прикрытию, которое я провернул. Я заявился к Эдалтери, требуя оплаты за беспокойство, раз, и возмещения того, что я потратил на нее, два. Она отказалась, я разозлился... В итоге она атаковала лентой в рацио...
- В рацио? - вырвалось у меня.
- Да... Я... Не мог мыслить, я хотел ее... не могу описать как... Я ни о чем не думал, просто ни о чем. Хорошо, что волки были недалеко, они услышали ее смех, победный, как они сказали, ворвались, врезали ей как следует, приложили головой о стену... - он замолчал.
- А ты? Как ты пришел в себя?
- Дорвался... Ее вырубили, и контроль пропал... Пасьон появилась уже под конец и тоже попала под раздачу... Ты не была тогда на Совете, но неужели слухи не дошли?
Я пожала плечами, мол, не дошли.
- Я тогда их обеих сильно потрепал, - 'Что он вкладывает в это слово?' мелькнуло у меня, - а потом притащил к себе и экстренно собрал Совет, обязав явиться всех грязнуль. Они были в шоке увидев своих патронесс в столь плачевном виде, а я объявил, что если кто-то еще заиграется и прибьет не того чувака, то так легко, как парочка старших не отделается. Скоро год, и пока никаких проблем с ними нет... А деньги Пасьон отдала, в обмен на подружку.
Я обдумывала услышанное.
- Да, ты умеешь свои поражения превращать в победы...
- Не льсти мне. Меня спасли волки.
- Да. Но они ТВОИ волки и у них хватило ума действовать правильно. Кстати, лента была одна?
- Наверное. Мне и одной хватило за глаза.
- В рацио... Лентой... А словесная формула 'Желать и подчиняться', да?
Седрик молча кивнул. Я все же решилась спросить.
- А что ты имеешь в виду под 'потрепал'.
Он удивленно посмотрел на меня
- Пати, ты действительно хочешь уточнений?
- Эээ... Ну... Я хочу знать ты им vis-центры, там... vis-вены... не повредил?
- Нет, они полностью восстановились. Потом.
Он помолчал и вдруг обаятельно улыбнулся
- Розочка моя, - тут он взял меня за руку, - ну надо же, мне неловко признаваться тебе в своих подвигах.
- Не признавайся, - тут же отозвалась я.
Он хохотнул.
- Не буду. А то ты вообще начнешь меня избегать.
Нам принесли еду, и хоть запах полусырого мяса напрочь отбивал у меня аппетит, я все же съела несколько клубник, макая их в подслащенные взбитые сливки.
- Пати, не стесняйся, это у тебя получается очень мило, - вдруг сказал он.
- А? Что получатся?
- Есть клубнику.
Я покраснела от злости на себя. Ну когда я начну соображать? Вопрос из ряда риторических. Увы.
- Я съела, сколько хотела, - буркнула я. - Расскажи лучше, что за князь у вампов и почему мы вынуждены действовать так скрытно и осторожно.
- Пати, а что ты вообще знаешь об обстановке в нашем городе? Ты хоть знаешь, что вожак стаи ренегат?
- Представь себе - знаю.
- Это радует. Так вот, почти десять лет назад к нам из Детройта перебрался вамп Алехандро с выводком, детройтский князь его выпер за то, что тот не давал ему спокойно жить, все время пытаясь занять его место. И вот этот подарочек пришел к нам, Франс продержался почти два года, но Алехандро его все-таки свалил.
- Франс жив?
- Жив, насколько к вампу применимо это слово. Алехандро не может его убить хоть и очень хочет - только Франс и может составить ему конкуренцию.
- А почему не может убить?
- Да потому что все отпущенные птенцы Франса, а это половина вампов в городе, в этом случае объединятся и отомстят за папашу.
- А что ж птенцы того... второго, не отомстили тогда Абшойлиху?
Седрик пожал плечами.
- Наверное, не успели.
- Мда... А еще один вопрос...В Детройте есть волки и divinitas?
- Пати, ну что за глупые вопросы. Глава города вамп! Там нет никого кроме вампов. Divinitas все у нас или в Торонто, а волки в Чикаго, кстати, в Чикаго и пригородах три стаи, более-менее уживающиеся друг с другом, а divinitas почти нет, и глава города там волк. Ты все узнала что хотела?
- Да, - я состроила фальшивую улыбку, - Так что за вамп этот Алехандро?
- Сильный. Слишком сильный и наглый, - мрачно ответил Седрик, - Не Абшойлих конечно, но не намного слабее. Абшойлих даже среди вампов считался психом, как я потом узнал, а Алехандро же более чем вменяем. Честно тебе сказать, Пати, этот гребаный мертвяк - единственный, кого я всерьез опасаюсь. Все таки слава победителя Абшойлиха сыграла свою роль, Алехандро поначалу даже и не думал со мной связываться, но присмотревшись за эти годы, обнаглел... Слышала, в Майами полгода назад вамп свалил главу Совета, розового, но оставил в живых, и все divinitas, как цыгане, снялись со своих мест и переехали. А ты говоришь 'должны знать, кто хозяин положения' после таких новостей попробуй докажи что ты хозяин.
- Алехандро знает, что мы вдвоем валили Абшойлиха? - на всякий случай спросила я, хоть была уверена, что знает.
- Не уверен.
- То есть?
- Что 'то есть', Пати? Ты сама отказалась от лавров победителя, я вскользь упоминал тебя, если спрашивали, а так - балансировал на грани лжи.
Я молча засмеялась, опустив голову. Черный есть черный.
- Так знает или не знает? - спросила я отсмеявшись.
- Скорей всего нет.
- Ладно, а после того как мы найдем и вытащим флерсов, что ты можешь предъявить вампам? Как ты можешь их прижать?
- Я не смогу потребовать ничего существеннее денежной компенсации, это же не нарушение секретности, только за это я могу требовать смерти, полного рабства или высылки. За нарушение конвенции только деньги, раз силы с них не взять.
- Ясно. Может быть - я еще точно не знаю - может, я захочу услугу от Алехандро, как пострадавшая сторона.
- Не будем делить шкуру неубитого медведя, но моих интересов в этом деле нет, так что - как скажешь, так и будет в этом вопросе. Только какую услугу тебе может оказать вамп?
- Скажи, они, когда пьют кровь видят яркие эпизоды из жизни жертвы?
- Кто знает... Вроде бы да, но не все, только сильные вампы.
- Я вот все вспоминала, во время того боя, когда Абшойлих мне второй раз руку кусал, у меня было видение из раннего детства. Первый раз откусил кусок и не скривился, а второй... он как будто отравился кровью, в один момент.
- А что тебя удивляет, что ты не можешь понять? Ты тогда так вспыхнула, что все почувствовали: и я и мои противники, а поскольку Абшойлих кусал-пил в тот момент, он наверняка видел твое видение и это было ударом уже само по себе, и плюс твоя кровь превратилась в белый огонь... Да, я думал нам конец, но ты смогла собраться, - он нежно взял меня за руку, - Розочка моя, похоже, ты мой единственный друг.
- Да перестань, Седрик, друг это тот, для кого ты можешь пожертвовать чем-то, а ты, черный универсал полуволк, и ты не способен жертвовать своими интересами никогда и ни для кого.
Может и не стоило этого говорить, но мне претила эта его внезапная сентиментальность. Друг... Поклялся не делать зла, иначе не известно, как долго он терпел бы подле себя конкурента, пусть и тихого, не амбициозного.
- Иногда ты бываешь удручающе рассудительной, Пати, - мрачно сказал он.
Я разозлилась.
- Седрик, у меня плохая память, скажи мне, что ты сделал для меня за все эти годы? А?
На его лице промелькнула злость, да, он мой должник, причем долг очень велик: репутация, жизнь, слава победителя...
- Ты ведь помогала не мне, ты помогала себе тогда!
- Да, совершенно верно. Поэтому давай не будем разбрасываться словами. Мы два сильных filius numinis, которые не мешают друг другу и изредка сотрудничают с обоюдной выгодой, и точка. У тебя нет друзей и не будет никогда, только союзники.
Он изучающе посмотрел мне в лицо.
- Прошлая ночь тебе сильно не понравилась, да? - тихо спросил он.
- Да.
Он опустил глаза в стол и глухо сказал.
- Я не откажусь от второй кормежки, соглашение есть соглашение.
Я привстала и нависла над столом, приблизившись к его лицу, он поднял взгляд.
- Даже не сомневалась, - четко выговорила я и села обратно.
- Да? А вот я сомневался.
- Значит, я тебя знаю лучше, чем ты себя.
- Ошибаешься, Пати, ты меня совсем не знаешь...
Я вздохнула, сейчас разругаемся вдрызг, а нам еще работать вместе...
- Да? Удиви меня, - устало сказала я.
Он сидел глядя в стол, а потом поднял глаза.
- Нет, ты права. Права во всем. Я не удивлю тебя потому, что хочу еще раз пережить то что было вчера, ...
- 'Ну уж нет' - мелькнуло у меня.
- ... Я не уберег Серхио, я доверял Саббиа, но он использовал меня - их обоих я считал своими друзьями и обоих лишился. Я спутал честность с дружбой, не так уж я умен, да? Ты просто всегда честно выполняла свою часть сделки, только и всего. Ты мой союзник - не больше, но и не меньше. У нас одни интересы, правда, Пати? Тебе ведь выгодно чтобы главой совета был тот, кто поклялся не делать тебе зла?
- Да.
- Ну вот и чудно, союзник.
- Вот и чудно... - эхом отозвалась я.
Да... Моя самоизоляция имеет свои минусы. Седрик очень изменился, вампы опять подняли голову, белых в городе почти не осталось, все бело-зеленые перебрались на окраины, розовых не много и те очень слабы, я единственный белый универсал. Мда... А еще не слишком тонкие намеки Седрика на то, что надо бы разобраться с Алехандро... Оно-то конечно, надо бы... но вновь откусывать от себя куски я не дам.
- Расскажи мне, что за личность вожак и каково положение в стае, - прервала я затянувшееся молчание.
Седрик принялся подробно отвечать. Вожак-ренегат стар и он подготовил себе преемника, такого же ренегата, но у преемника имеется конкурент очень сильный и агрессивный волк, этот конкурент давно бы свалил и самого вожака, да знает, что стая старика уважает и не согласится с насильственным смещением. А вот преемника считают слабоватым, поэтому 'конкурент' ждет своего часа - ухода вожака, а тот в свою очередь тянет время, дабы подтянуть преемника.
Седрик дал мне телефоны и адреса вожака и его помощников, на этом наша встреча завершилась. Когда мы прощались, Седрик стоя сбоку обнял меня одной рукой и сказал на ухо
- Будь осторожна, моя розочка, я не хочу терять такого союзника и ....- он оборвал фразу.
- И кого? - спросила я, не нравятся мне такие недомолвки.
Он в ответ лишь вредно улыбнулся.
'Ну и катись ты со своими играми' - подумала я и не сказав привычного 'Созвонимся' ушла.



Создание сайта Aviva

Связь с администратором