1. Потерянное одиночество - Страница 6

Серия Divinitas

Индекс материала
1. Потерянное одиночество
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Все страницы


Каким-то чудом я ухитрилась совместить vis-зрение и обычное, при ближнем бое все же нужно четко видеть противника, а не размытое очертание его ауры. Абшойлих был действительно омерзителен, он сочетал какую-то извращенную, уже саму по себе мерзкую, красоту с уродством бешеного зверя. Маленький рост, как у пятнадцатилетнего, узкое лицо с высокими скулами, тонкий прямой нос точеными ноздрями, огромные желтые глаза, тонкие губы и рот полный острых зубов как у акулы. Все это отпечаталось в моей памяти за доли секунды. Ни у кого я не видела ни до, ни после, такого безумно-ненавидящего лица. К счастью, я хорошо поработала над собой в тот день и воспринимала все не эмоционально, как будто смотрела фильм в кинотеатре, ему не удалось меня напугать. На одних инстинктах я убралась с его дороги, заскочив за спину Седрику, который смог упокоить одного и теперь наших врагов было четверо - двое из тех с кем дрался Седрик, один все же оклемался после моего окропления и Абшойлих...
Этот мелкий урод отдал мысленную команду своим выкормышам и они синхронно набросились на Седрика.
Мы с Абшойлихом оказались один на один.
- Думаешь, Вайс , что сможешь победить меня? Ну давай! Давай! - сказал он звонким мальчишечьим голосом. На телесном уровне он превратился в подростка. Никогда не любила этаких 'возвышенных лиц' с большими глазами и тонкими чертами лица...
- Ну же! Давай! - не унимался он. Vis-зрение подсказывало, что он наливается чернотой, да такой, что все вампы виденные мной до этого дня, все равно, что летние сумерки против непроглядной тьмы склепа.
'Этот вечер - наш. Да.' Сегодня случится то, что должно.
Я безотчетно шагнула навстречу вампу, и тот на запредельной скорости метнулся к моему горлу, чудом я успела закрыться рукой, фактически вставив в пасть этому монстру. Мы повалились наземь, он оказался удивительно тяжел и опять тошнотворно сочетал в себе звериное и человеческое. Глядя мне в глаза он с удовольствием сомкнул челюсти, откусывая кусок моей руки, мне показалось что он перекусил ее совсем, то есть отгрыз. Я в ужасе опустила глаза вниз, но увидела свою кисть на прежнем месте и даже чуть пошевелила пальцами, пока я это делала, Абшойлих повернул голову и выплюнул кусок моей плоти. И опять демонстративно нацелился на шею, в последний момент я с беспомощным писком успела подставить уже раненую руку. Его зубы впились рядом с раной ближе к кисти, и если первый раз он откусывал лишь мясо, то теперь дробил мне кость. Сжимая зубы он смотрел мне в глаза и прислушивался к треску, я поняла, что третьей атаки не переживу.
- Мама!!! - безотчетно вырвалось у меня, - Ма-ма!!!
Мамочка...

Ласковые нежные руки, дающие безопасность и радость, нежный вечерний свет, запахи календулы и налитого спелого яблока, они рядом - мама и папа. Папа пахнет календулой, мама яблоком, я смеюсь, мне очень хорошо... Мой любимый обнимает нас, моя доченька смеется, переводя взгляд с меня на него, внутри меня растет наш сын... скоро, очень скоро он появится на свет...

Я вынырнула из прекрасного видения, оно было очень-очень коротким, Абшойлих даже не успел перекусить мне руку до конца. Его лицо было в моей крови, и эта кровь теперь жгла его, разъедая гнилую плоть. Он прекратил откусывать мне руку и попытался отстраниться, а я постаралась его удержать и вспомнила, что во второй руке у меня кинжал. Я всадила его сзади в шею и притянула вампа к себе, заливая ему в рот собственную кровь, а чтобы он не мог ее сплюнуть завалила набок, потом и вовсе оказалась сверху.
Он был очень силен, если бы я просто атаковала его силой, он бы легко переварил ее, но кровь - сплав материи и силы, с ней так легко не справиться. Моя кровь, попадая в него, напоминала раскаленное железо среди ветоши, она выжигала его. В какой-то момент я догадалась использовать кинжал и нанесла удар в сердце, кромсая его, а потом в рацио центр - я не пробила череп, кинжал согнулся чуть не сломавшись и соскользнул, нанесла второй удар, через глазницу и оставила оружие внутри. 'Почему он не сопротивлялся?' - мелькнула и погасла мысль.
Наконец-то он сдох! Сила прекратила клубиться в нем и принялась пожирать телесную оболочку, я поспешила свалиться со стремительно гниющего трупа и глянула в сторону своего соратника, тот на полу еле живой удерживал клинок в дюйме от своей шеи, сразу два вампа давили на Седрика, один клинком второй рвал ему живот когтями. Но в момент, когда я на них смотрела, вампы уже тревожно застыли - их отец-создатель умирал, а значит, они умрут вместе с ним. Осознав это, тот который держал меч с ревом надавил, но Седрик на долю секунды опередил его, изменив угол клинка и увернувшись, вамп вонзил меч в доски и повалился мешком; а того кто грыз, Седрик из последних сил отшвырнул пинком.
- Пати, - услышала я внутри себя его встревоженный голос.
- Все нормально, Седрик, - так же беззвучно отозвалась я.
Мы поползли навстречу друг другу, зная что если будем вместе нам станет легче.
Мы лежали обнявшись в крови и грязи позволив нашим силам сплести вокруг нас кокон. Так нас и увидела зеленая четверка. Саббиа и Отамнел осторожно заглянули в дверь, увидели нас и махнули, подзывая Форесталя и Ауэ. Подошли и стали над нами, мы с Седриком почувствовали себя пойманными в ловушку, мы слишком слабы и беззащитны сейчас.
- Ну что, бог и дети богов, если кто-то хочет стать во главе Совета, то пожалуйста. Я отрекаюсь. - горько произнес Седрик.
Четверо старших переглянулись между собой.
- Ну-ну, - отозвался Саббиа, смуглый аристократичный итальянец, выглядевший лет на тридцать, единственный, к кому было применимо 'бог', - ну что вы, юноша, это вы зря. Вы только что доказали, что достойны быть нашим главой, правда?
Остальные закивали.
- И жена ваша... Примите наши запоздалые поздравления.
Мы с Седриком недоуменно переглянулись, но промолчали. Тут Форесталь, вечный противник Саббиа, пробурчал.
- Ты хорош только языком молоть, не видишь что ли, молодежи надо помочь?
Саббиа лишь пожал плечами и отошел.
- Клянусь Светом и Тенью что не замышляю зла, а желаю вернуть долг благодарности, - произнес Форесталь, и склонился надо мной. Выглядел он как крепкий жизнерадостный дедушка лет шестидесяти и повадки у него были такие же - доброго дедушки.
- Давайте детки, расцепляйтесь уже.
Мы с Седриком опять переглянулись, 'расцепление' было до странности интимным процессом и нам не хотелось его делать под изучающими взглядами.
- Отвернитесь что ли... - озвучил Седрик наши мысли.
Старшие удивились, но послушались, став к нам вполоборота, даже Саббиа. Мы втянули в себя наши силы и расцепили объятия.
- Ну иди, ко мне, девочка, не бойся, пусть немного, но белого у меня есть, а то этот обалдуй нашпиговал тебя зеленым по самую маковку, - добродушно бурчал Форесталь.
Я несмело вложила свою руку в его, вторая израненая рука болела, и я старалась поменьше ею шевелить. Дедушка обнял меня за талию свободной рукой и мягко притянул к себе, предлагая силу в поцелуе. Я осторожно и несмело принялась пить небольшими глотками. Страшно хотелось впиться и тянуть по полной, но во-первых, это не вежливо, а во-вторых, несмотря на клятву не делать зла, при такой моей несдержанности он мог рассмотреть то, что я обычно скрываю, ведь Форесталь даже мысли не допустил что зеленая сила моя, так пусть и остается в этом неведении.
Его сила была очень вкусной и напоминала весеннюю воду, что пробуждает землю ото сна. После нескольких порций, получив маленький глоток, но видя в нем еще достаточно белой силы я вопросительно глянула на него.
- Ты как кошечка, - улыбаясь, сказал он и потрепал меня по попе, я малость ошалела от такой фамильярности.
- Ауэ, - он обернулся к бывшей владелице заливных лугов, на вид тонкой семнадцатилетней девушке с длинными пшеничными волосами.
Она скорчила ему в ответ гримасу, мол и без тебя все знаю.
- Клянусь Светом и Тенью что не замышляю зла, а желаю вернуть долг благодарности, - мягко сказала она, и протянула мне ладошку.
Тем временем золотоволосый и худой Отамнел такой же, как Седрик черно-зеленый, хотя справедливости ради надо сказать зелено-черный, предложил помощь моему соратнику, произнеся клятву, что не замышляет зла и тоже предложил ладонь. Ну да, целоваться двум мужчинам как-то не пристало.
Я так же аккуратно пила от Ауэ, она морщила нос и чуть стучала ножкой, я не выдержала
- Что?
- Щекотно! Пей нормально! Точно, как кошка! - звонким голосочком отозвалась она.
Я постаралась пить нормально, но все так же не раскрываться. Форесталь с интересом наблюдал за нами,
- Эх, шалавы наши побоялись и вообще удрали из города... - обронил он, имея в виду, что хорошо бы мне было подкормиться от Пасьон или Эдалтери.
- Как удрали? - зло спросил Седрик. Все в удивлении глянули на него.
- Серхио в плену у вампов, его надо будет реанимировать, - объяснил он.
- Придется без них, - ответил Форесталь и посмотрел на меня, пытаясь оценить, насколько я восстановилась.
- Если он еще жив, - тяжелым камнем упали в тишине слова Саббиа.
Седрик уже вполне оклемался, ведь ему надо было лишь затянуть раны, а крови и силы он потерял не в пример меньше чем я. Поэтому пока я сидела на стуле, латая себя, он убежал договариваться с волками. Рядышком сидела Ауэ - она отдала все, что у нее было, и теперь конвертировала зеленую силу в белую, восстанавливая баланс. Форесталь нарезал круги вокруг нас, а Саббиа и Отамнел о чем-то тихо переговаривались.
- Ну хорошо, давай еще, - вдруг произнес дедушка. Я не понимающе посмотрела на него. - Ну у меня еще осталось, могу поделиться, вдруг действительно этот красный слабачок жив еще...Ну?
Мда... Ну не отказываться же.
На этот раз сила хлынула под напором, как в реке переполненной талой водой, я только и успевала, что торопливо глотать. Так было недолго, и когда сила схлынула, я ощутила, что крепкие руки азартно мнут мне место пониже спины.
- Форесталь..., - только и смогла я вымолвить с упреком.
- Старый охальник, - авторитетно заявила Ауэ.
- Уж и подержаться то нельзя, - с наигранной обидой пробурчал он, но руки убрал. Я побыстрее примостилась на стул подальше от разбитного дедушки. Вот только его интереса мне и не хватало, еле Седрика пережила.
- Ну-с, расскажите нам, как все было, - пристал ко мне Саббиа. Я растеряно оглянулась, ища поддержки, но натыкалась лишь на любопытные взгляды. Пришлось беспомощно покачать головой и спрятать лицо в руках.
- Ну полно те, Саббиа - заступился за меня как ни странно Отамнел, его голос как всегда был тих и вкрадчив, - Не стоит девочке сейчас все это вспоминать, она ж белая...
- Да, - поддержала Ауэ.
Тут в комнату ворвался разъяренный Седрик.
- Псы! Шавки шелудивые!!!
- Да бросьте, - тут же отозвался Форесталь, - неужто вы думали, что волки нарушат глобальное перемирие? Ведь вампы так и не убили никого из них, вырубили, даже покалечили, но не убили.
- Не убили!? А Хелен!?
- Седрик, - подключился Отамнел, - даже мы знаем, что Хелен попала в лапы Руфусу, а тот как ни крути не вамп, а divinitas.
- Но Руфус раб!!! Он же пытает ее по приказу вампов!
- Ты так уверен в этом? - саркастичный голос Саббиа.
- Я не думаю что он такой самоубийца... - тихо с угрозой сказал Седрик.
- Да? А вот мы когда подъехали к зданию долго 'слушали' и ничего не могли понять. Мы все, Седрик, все! Не ожидали увидеть тебя живым и... свободным, - холодно проинформировал Саббиа.
- Ну уж не обессудьте, что разочаровал вас, - шипя от злости ответил Седрик.
- Мужчины, не затевайте дурных ссор, - раздраженно сказала Ауэ. Ее слова возымели действие, по крайней мере, вскипевший Седрик успокоился.
- Я пойду вызволять Хелен и Серхио даже без волков, - мрачно сказал он.
- Я с вами, - отозвался Отамнел. Все в удивлении уставились на него, изнеженный золотоволосый сибарит, никогда не проявлявший открытой агрессии, вдруг добровольно ввязывается в драку.
- Не люблю вампов, - светским тоном ответил он на наши взгляды.
- Хм... А как вы думаете с ними расправляться? - спросил Форесталь.
- Револьвер и серебряные пули, - злорадно ответил Седрик, подбирая с пола оружие и вставляя патроны. Я припомнила, что он успел сделать несколько выстрелов до того, как вампы выбили оружие у него из рук.
- У меня тоже есть подобная игрушка, - и Отамнел отвел полу пиджака, демонстрируя кобуру.
- Я тоже не пустой, - отозвался Саббиа, - Ну что, глава, пошли! Вернее веди нас! - закончил он с ехидным смехом.
- Дамы, Форесталь, согласны ли вы подождать нас у входа и помочь, если кого-то ранят? - спросил Седрик.
- Я пас, - тяжело ответил Форесталь, - я почти пуст.
Это 'почти' удержало его на грани лжи, и он не тренькнул.
- А я согласна, - звонко и зло отозвалась Ауэ, - тем более что вашей женушке, как ни крути, а придется тащиться за вами, не бросать же ее одну.
При этих словах мы обменяли с Седриком взглядами 'Пойдешь?' 'Пойду'. И мы дружной компанией покинули зал.
Волки не бросили нас совсем, они вели машины и охраняли нас с Ауэ, когда мужчины спустились в подземелье.
Пока мы сидели в машине Ауэ нервозно крутилась и трещала не закрывая рта, до меня не сразу дошло что она напугана куда больше чем я. Переборов свое неприятие физического контакта с не-людьми, я взяла ее за руку и крепко сжала. Она глянула на меня и ее глаза налились слезами,
- Ты понимаешь меня...
'Вот уж нет...'
- Я не знаю за кого волнуюсь больше. Эти дураки оба дороги мне. Сколько лет прошло, а они все так же дороги мне оба.
Я приглашающе потрепала ее по руке.
- Мы вчетвером попали в Новый Свет почти одновременно, надеялись обрести новые земли, новую силу, но у здешней земли были свои духи и боги, независящие от людей, от местных я имею в виду, от тех, которых перебили, - уточнила она, - и нам пришлось остаться среди людей. Было очень тяжело, мы были единственными filii numinis несколько десятилетий и держались друг дружки. Ну и конечно, бело-зеленая и черно-зеленые мы не могли не привлекать друг друга.
Я вся превратилась в слух, мельком отметив, что приезжая сюда, я, оказывается, зря рассчитывала в случае чего уйти в леса и степи, и что бело-зеленые и черно-зеленые оказывается привлекают друг друга.
- Конечно же яркий и сильный Саб привлек меня больше, чем тихий и меланхоличный Отам. Но через несколько лет я устала от постоянных ссор, от постоянной необходимости отстаивать себя, плюс Нью-Йорк наводнили вампы, а вслед за ними появились и мохнатые... Короче, когда я застукала его с блохастой, то не выдержала и ушла к Отаму. Мы с ним чудно жили лет десять или даже больше, но Саб... - тут она расстроено покачала головой, - Что можно ждать от повелителя зыбучих песков? Конечно же он не смирился с тем, что я ушла от него. Он очень удачно выбрал момент - я заскучала от тихой и мирной жизни с Отамом и тут он, такой милый, такой раскаявшийся, уверяющий что никто не может дать ему то, что давала я. Я не выдержала... Думала, одна ночь и все. Ночь превратилась в пол-луны. Я была по настоящему счастлива с ним, но... Он хотел лишь отомстить. Когда понял что я опять в его власти, унизил, приведя в дом блохастую и человечку.
- А человечку то зачем? - вырвалось у меня.
Ауэ насторожено глянула на меня и, потупив глаза, ответила
- Загрызли ее...
Мне стало дурно. Ничего себе месть - убить человека ради того чтобы доставить страдания 'белой', болезненно реагирующей на преждевременную смерть любого существа, особенно разумного.
- Да... он запер меня в соседней комнате, и я слышала и чуяла все, что происходило. Когда блохастая перекинулась и набросилась на человечку, я наплевав на все, в одних панталонах выбралась в окно и, рискуя сломать себе ногу или шею, кое-как спустилась со второго этажа. Прибежала домой к Отаму... Но он меня не простил, его черной натуре нравится страдать, и он принялся страдать от моего предательства. Придурок. Сволочи они оба... Но я так за них боюсь... Так что ты имей в виду, Пати, не пускай этого полу-волка в сердце, он тебе его разорвет и клочки разбросает. Защита с его стороны, плата силой с твоей, а больше ни-ни. И лучше не переезжай к нему, тебе будет очень тяжело в его доме, особенно на первых порах. - Ауэ сейчас ничем не напоминала юную девушку, которой всегда прикидывалась, ее глаза были глазами все повидавшей и уже не надеющейся на счастье женщины.
- Мне то деваться было некуда, - продолжила она, - только вместе мы могли выжить.
- А как же Форесталь? - вырвалось у меня.
- Форесталь... - горько ответила она - Ты видишь, он не способен делиться, хоть и пытается доказать что он здесь самый белый. Эгоист совершенный. Собирает силу по капле, не понимая, что иногда надо отдать, чтобы получить больше. Нет... Форесталь бесполезен... По приезду сюда он превратился в почти дриаду и лишь благодаря флерсам он сейчас жирует. Впрочем, я тоже... Да и Отам держит парочку...
Я не заметила что во время ее рассказа, я непроизвольно подпитывала ее белым, это было естественное желание утешить и унять боль близкого существа. Ауэ заметила это первой.
- Ох, ну что ты делаешь, дурочка?
- Ну... - я отняла руки, пробормотав что-то типа 'как есть так есть'.
Ауэ лишь молча сокрушенно покачала головой, благодарить она не собиралась, но понимала, что теперь в какой-то ничтожной степени обязана мне.
- Ладно, малышка, если ты не будешь дурой, то может быть мы станем чем-то вроде подруг, - обронила она.
Я молча кивнула, понимая, что она имела в виду - только что Ауэ рассказала свою личную тайну и если я не попытаюсь использовать полученную информацию, то могу рассчитывать на лояльность и минимальное содействие.
Мужчины вернулись через полтора часа. Отамнел был непривычно возбужден, Саббиа в мрачном удовлетворении, а Седрик был раздавлен. Он нес на плечах два трупа, один он сбросил в руки волкам, а второй опустил на чахлый газон. Я впервые видела мертвого divinitas и не могла отвести глаз. Оказавшись на живой земле, труп стал таять, превращаясь в рыхлую, черную, плодородную почву. Рядом тихо всхлипнула Ауэ, я тоже беззвучно плакала не в силах справиться с горем. Давно уже, очень давно, с приходом Единого, не-люди перестали вести войны и убивать друг друга, даже волки все чаще оставляют поверженных вожаков в живых, лишь изгоняя их из стаи.
Нас мало и мы слабы, потому что люди отвернулись от нас. Смерть каждого из нас - это потеря и горе. Горе, от которого нельзя закрыться.
По лицу Седрика катились слезы, но он их не замечал, надо было разровнять то, что осталось от Серхио, он занес руку и не смог коснуться земли, которой стало тело. Отамнел поднял его за плечи, а Саббиа разровнял землю, стирая очертания тела. Почему-то именно этот момент был самым страшным.
Седрик сам сел за руль и, не сказав никому ни слова, уехал.
- Ну что ж, дамы, - обратился к нам Саббиа, - ваша помощь, как видите, не понадобилась.
- Видим, - холодно отозвалась Ауэ, рассержено стрельнув глазами в волка, привезшего нас, тот горестно скулил над телом Хелен. Я вышла и пересела за руль, надеясь что моего более чем скромного опыта вождения будет достаточно для тихих ночных улиц.

Да, больше чем полвека назад была эта страшная и драматическая ночь, но помню я все в мельчайших подробностях.
Европейские вампы тогда напали не только на нашу общину, были еще Эл-Эй, Фриско, Детройт, Орлеан и Торонто в Канаде. Шесть крупных городов Нового Света, шесть общин не-людей. В Детройте и Торонто не смогли дать отпор, Главы общин были убиты, а divinitas разбежались. В Сан-Франциско и Нью-Орлеане убили глав, но община собралась и днем вскрыла лежку вампов, залив все бензином, выжгла мертвяков. Только у нас и в Лос-Анжелесе главы выжили и остались на своих постах. В Торонто через несколько лун молодой divinitas, такой как Седрик или я, вернулся со своими слугами-людьми и уничтожил лежку вампов и нового главу города. Только Детройт остался во власти вампов, но тамошний глава оказался вполне вменяем, он ухитрился соблюсти политику секретности, держа своих ночных убийц под полным контролем. Ведь самое страшное, что могло случиться, это если бы люди поверили, что вампы и прочие - совсем не сказка, что мы существуем на самом деле. Тогда бы не спасся никто, ведь несмотря на почти бесконечную жизнь мы уязвимы к оружию и чуждой силе - силе Единого.
Люди с необъяснимой жесткостью убивали старых богов, забыв что еще их отцы молились им. Если верить книге из моего детства, то создателей флерсов, Светлых Сестер, убили именно люди, без какого либо науськивания со стороны не-людей. Сестры намеренно удалились в глушь чтобы жить там со своими детьми-сотворенными никому не мешая и чтобы им никто не мешал. Их искали, специально искали, чтоб убить. Насколько же черными были сердца тех людей, что вся белая сила Сестер не смогла на них повлиять, не смогла остановить. Именно смерть Светлых Сестер стала последней каплей, filii numinis забились в щели, притворившись людьми. Почти все 'зеленые' лишились своих земель, Ауэ и Форесталь - типичные примеры, лес Форесталя просто вырубили, а Ауэ пришлось уйти со своих лугов - людей стало слишком много. Все луга превратились в выпасы скота, но это можно было бы пережить, если бы вместе с людьми не пришел и Единый, слишком много церквей поставили люди на землях вечно юной владычицы, сводя ее с ума и лишая сил. Она ушла со своих земель, как люди уходят с пепелища.
Прошло почти полтысячи лет с того момента, как каждый сын богов почувствовал смерть Светлых Сестер. За это время мы выродились. Окончательно. Раньше бело-зеленые могли посреди зимы создать цветущую поляну, а черно-зеленые призвать осень в конце весны, лишив живое лета. Бело и черно красные активно вмешивались в жизнь людей откликаясь на их просьбы и взимая плату. Даря долгожданных наследников или победы в битвах или же способствуя богатому урожаю, если они как мой предок Дионис владели и зеленой силой и красной.
Боги были сильны, они могли очень и очень многое. Те, кого зовут их детьми, могут лишь продлевать свою жизнь, пыжась от того, что люди и сотворенные в чем-то проигрывают им. Волки живут ненамного дольше людей, вампы подвластны солнцу, которое их убивает, флерсы и инкубы не блещут умом. Другие малочисленные расы тоже имеют свои слабые стороны, как правило, они не способны к логическому мышлению и планированию - живут сегодняшним днем, крайне тяжело приспосабливаясь к любым изменениям. А люди... Люди всегда идут вперед, не останавливаясь и не задумываясь. Последние сто лет они не идут, а бегут. И если задуматься хоть на секунду, то становится ясно, что бегут они к пропасти, в которую утащат и нас... Я не задумываюсь над этим. Пользы от этих размышлений никакой, а вред явственный. Я ведь белая - мне нельзя расстраиваться и унывать, это не дает мне 'нормально функционировать'. Не только флерсы и инкубы живут сегодняшним днем, filii numinis тоже, и в этом наша беда...
Всегда! Всегда после посещений тетушки на меня накатываются воспоминания и унылое настроение. И похоже ничего с этим поделать нельзя.
Седрик так и не простил Руфусу смерть той волчицы. Он бы убил его, но тетушка Агата обратилась к Саббиа и выкупила сына собой. Десять лет она была в услужении у властелина песка за то, что тот взял Руфуса под защиту. Мы с Седриком кое-как определились в своих отношениях. Через луну после той страшной ночи, он пришел ко мне с просьбой-предложением. Ему надо было встречать главу не-людей из Лос-Анджелеса, по слухам очень сильного filius numinis, он бы гарантировано разглядел природу нашей связи и тогда авторитет Седрика как главы, не стоил бы и выеденного яйца. Так вот, Седрик предложил снять рабскую метку в обмен на 'жизненную' клятву не чинить мне зла. Деваться было некуда и я, скрепя сердце, согласилась, правда настояла на том, что период между снятием метки и произнесением клятвы, Седрик будет крепко связан, как говорят люди - от греха подальше. Я очень нервничала, поэтому снятие метки прошло ужасно и болезненно - шнур выскальзывал, не желая покидать тело. Оно и ясно почему, я боялась освобождать Седрика и поэтому никак не могла четко сформулировать приказ силе.
- Пати, прекрати меня мучить. Оставь. - Прошептал мой пленник искусанными губами. Мне стало жалко его, и именно жалость помогла все же выдернуть толстый пушистый шнур одним рывком из обоих центров.
Седрик лежал без сознания, а я как могла закрывала в нем дыры, делясь зеленой силой. Меньше чем через минуту он пришел в себя.
- Ты кормишь меня? - удивленно спросил он.
Я пожала плечами, сам ведь прекрасно понимает, что кормлю.
- Зачем?
Этот вопрос застал меня врасплох. Ну как зачем? Я сделала плохо, я сделала больно без причины и не желая этого. Надо же загладить свою вину. Но слов, чтобы объяснить это Седрику, я не находила. Вместо этого я спросила
- А что? Не надо?
Он улыбнулся.
- Пати, будь моей женой.
Если б он ударил меня черной силой, это б возымело меньший эффект.
Я отскочила от него закрываясь, готовая к бою.
- Пати... - в его глазах недоумение и легкий страх.
Я молча заметалась из стороны в сторону.
- Ты хотел произнести клятву, - наконец нашлась я.
- Я не вижу неба, - ответил он странным голосом.
Пришлось мне его подтащить к окну, были сумерки, не лучшее время для 'жизненной' клятвы, но и так сойдет.
- Клянусь своей жизнью, - тихо произнес он, но слова как будто зазвенели сами по себе, не желая затухать, - что не причиню тебе зла и не буду злоумышлять против тебя. И не буду помогать твоим врагам против тебя. Пусть этот сумеречный час будет мне свидетелем и пусть он возьмет мою жизнь, если я нарушу клятву.
Сумерки как будто сгустились вокруг нас, оплетая, а потом осели еле видимыми vis-зрением браслетами на руках Седрика и обручем на его голове, а у меня на груди оказалось что-то вроде брошки напротив сердечного центра.
- Ну? Теперь ты развяжешь меня?
Я молча сходила за канцелярским ножом и разрезала веревки. Седрик тут же взял меня за руки, я попыталась вырваться, но он держал крепко, но не грубо.
- Пати... Пати, ну что ты как кошка вырываешься если тебя взять и ластишься когда этого не ждут, - ласково сказал он.
- Да уж! Я не сучка, которая прибегает по первому свисту! Пусти, Седрик!
Он выпустил мои руки.
- Чем я не хорош?
Я в удивлении посмотрела на него, он что шутит?
- Всем.
- Всем? - переспросил он.
- Да как тебе в голову то взбрело? Как ты себе представляешь нас вместе? А? Я и НАШИ слуги волки? Да? Я белая!!! Седрик. Белая! И не слабее тебя! Я НЕ БУДУ тебе подчиняться!!! Уходи!
- Пати...
- Убирайся!!! - я готова была впиться ему в горло, если он не сделает хотя бы шаг к двери. Но он сделал, он отошел от меня, надел рубашку и набросил пиджак.
- Мы вдвоем убили Абшойлиха и его выкормышей, нам обоим надо принимать послов, - мрачно сказал он.
- Нет. Это твоя победа. Наслаждайся ею и оставь меня в покое!
Мы долго не виделись после того дня. Год или даже два, но потом был какой-то вопрос, который касался меня, пришлось участвовать в Совете. Мы оба сделали вид, что между нами ничего не было и нет, и притворялись еще долго.



Создание сайта Aviva

Связь с администратором