1. Дневник не героя. - Страница 5

Серия Синто

Индекс материала
1. Дневник не героя.
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Все страницы

Дезерт. Опять работа

Мне было легко соврать Дарелу, потому что вины своей я не чувствовала и сексом с Эфенди не так уж увлекалась. Я рассказала все, вырезав только пару постельных эпизодов. Вольф отнесся к донжанам, как и следовало ожидать, с неким призрением. Ну и ладно, имеет право. Отцу я показала запись разговора с леди Шур, он остался доволен моим поведением, но был озабочен тем, что такой разговор вообще имел место. Пришло коротенькое письмо от Хелен-Инги, я ответила немногословно, но без сухости. Хелен нормальная девчонка, надо поддерживать отношения, мы еще друг другу пригодимся. И все побежало своим чередом, учеба моих курсантов шла полным ходом. Семейная пара синто были прекрасными профессионалами, они разрабатывали персональные планы для каждого курсанта, но непосредственного общения с учениками избегали, консультируя меня буквально по всем вопросам. Я же была 'титульным' преподавателем, ко мне шли с вопросами и проблемами, я хвалила и отчитывала, становилась для ребят и матерью, и строгим отцом, стараясь, чтобы каждый испытывал ко мне если не привязанность, то, как минимум, уважение.
Как-то, шестидневки три спустя после моего возвращения из отпуска, меня выдернули с занятия в кабинет Вольфа к правительственной связи. Звонил сам господин президент. Нехорошие предчувствия оправдались тут же. Восьмая, недружественная учебка, готовила летчиков-хранителей для Тропеза и тропезцы прилетели на предварительную проверку своего заказа. Все бы ничего, только проверяющими были женщины-офицеры, а в восьмой учебке курса 'о женщинах' нет, и тамошнее руководство, хоть и сидит тихо и воду не мутит, но ретрограды, что называется, махровые. Тропезки уже вылетают в училище, задержать их не удалось, дамы подобрались с характером, настояли на своем, заткнув рты админработникам. Моя задача - оказаться в восьмой одновременно с проверяющими и делать что угодно, чтобы они остались довольны.
О Судьба, ну почему Соденберг доверил важный заказ своим врагам, а теперь я должна непонятно что сделать, чтобы все были довольны? Может, еще в пустыне сад разбить и дождик пустить? Естественно, все свои причитания я оставила при себе и бегом помчалась к флаеру, вызывая Каса и Пола. Они оказались предупреждены и уже ждали меня в полном боевом облачении. Увидев их экипировку, я пожалела, что лечу почти без оружия, но возвращаться за ним времени уже не было. Пока мы летели, я попыталась придумать хоть какой-то план действий. Представляю, как среагирует боевой офицер Тропеза на презрительную морду какого-нибудь инструктора. Учебки, по сути, были мирками ректоров, их отражениями. Если Вольф любил женщин, а не мальчиков, то и преподов подобрал таких же; в учебке Кноксона после смены ректора многие лишились работы с формулировкой 'за недобровольные сексуальные контакты с курсантами'. Но наша и Кноксоновская учебка - это как два полюса, все остальные где-то посредине. В восьмой не творилось такого кошмарного произвола, как у Кноксона, но женщин там за людей не считали. А тропезцы тоже хороши: зачем посылать на Дезерт команду женщин, хоть бы смешанную послали... План не придумался по причине недостатка исходных данных, будем импровизировать.
На подлете мы увидели флаер и направились в тот же ангар, что и он. Первое требование президента успешно выполнено - мы оказались здесь одновременно. Теперь будем делать 'что угодно'. Тропезок встречали двое инструкторов, это хамство - так встречать заказчиков. Я подошла к летчицам, их было пять: четыре женщины лет тридцати пяти и одна молоденькая, смутно знакомая. Присмотрелась - Илис, вот так шутки у Судьбы. Дамы, надо сказать, увидев Каса и Пола за моей спиной, напряглись. Я поздоровалась, представилась, предложила помощь в культурных контактах. Самая мужеподобная офицерша уже собралась посылать меня куда подальше, когда ее остановила подполковник, похоже, глава инспекции.
- Что вы имеете в виду?
- Дезерт, как это ни странно, разнородная в культурном плане планета, и вы сейчас в той ее части, которая сильно отличается от общепринятых стандартов. - Может, из меня и получится дипломат.
- Выражайтесь яснее, девушка.
Ну вот, все старания насмарку. Придется действовать своим любимым методом - бить в лоб.
- Президент Соденберг очень ценит сотрудничество с Тропезом, и мне поручено проследить за ходом подготовки, чтобы вы остались довольны.
- Но вы синто, что вам Соденберг?
И откуда вы взялись на мою голову? Я вздохнула.
- Скоро вы все сами поймете.
Илис тоже узнала меня и очень напоминала щенка, который хочет броситься облизать, но его не пускает поводок.
Пока мы вели беседу, инструкторы, увидев меня, догадались вызвать ректора Гауфсона-старшего, отца бывшего министра образования, которому я проткнула бедро его же коскатой. Старый хрыч, несмотря на свои семьдесят лет, был бодр и зол. Нас наконец-то вывели из ангара.
- Здравствуйте, офицеры, - ему почти удалось не скривиться. - Здравствуйте, Викен-Синоби, чем обязан вашему присутствию?
- Президент позволил мне присоединиться к инспекции, если не возражают госпожи офицеры, я ведь тоже слежу за подготовкой летчиков.
Тропезки не спешили возражать, и то хорошо.
- Ну что ж, раз президент позволил... - он вложил в простую фразу такой смысл, что сразу стало ясно: я любовница и любимая зверушка и мне многое позволяется. Убила бы на месте.
- Вам напомнить приказ, ректор Гауфсон? - таким тоном кого-нибудь более нервного я бы напугала, но Гауфсон был не из пугливых.
- Я его прекрасно помню и соблюдаю, - последнее слово он просто выплюнул.
- Ректор, - вмешалась подполковник, - покажите нам наших летчиков.
- Вот преподаватель Инкман, он вам все покажет, - и, не прощаясь, ректор удалился.
Инкман повел нашу делегацию, показал два класса, где ребята учили что-то теоретическое, и еще одну группу, тренирующуюся на имитаторах. Ого, имитаторы почти такие же, как в Тропезском космолетном, теперь ясно, чего Соденберг трясется - при отмене заказа ему будет тяжело за них расплатиться. Итого около сотни будущих летчиков. Во время переходов мне удалось шепнуть Илис: 'Я тоже рада тебя видеть', - чем, похоже, ее обрадовала и успокоила. Потом нас посадили в небольшой комнатке, дали на рассмотрение учебные планы и оставили одних.
Тут-то госпожа подполковник взялась за меня с новой силой.
- Итак, госпожа синто, я вас слушаю.
- Леди.
Она подняла брови.
- Я леди Викен-Синоби, подполковник Грево, вы ведь не хотите уподобляться мужлану, который ко всему еще и ненавидит меня.
- Хорошо, леди Викен-Синоби, какого черта вы тут делаете? - не выдержала подполковник.
- Я вам объясню, только сначала прошу, ответьте на мой вопрос: вам действительно нужна эта сотня летчиков?
- Да, нужна, и даже не думайте, черт возьми, пытаться перекупить их.
- В мыслях не было, у нас свои подрастают и скоро будут готовы, чужих нам не надо, тем более что товар-то бракованный. - 'Соденберг меня убьет', - отстраненно подумалось мне.
- Знаете что, вы мне уже надоели своими недомолвками.
- Да я просто не успеваю все сказать, вы меня перебиваете.
Подполковник вспыхнула от возмущения, но промолчала.
- Так вот, товар бракованный, курса 'о женщинах' им не читали, что и подтверждает учебный план...
- Какого курса?
Я укоризненно посмотрела на нее и продолжила:
- Вы получите летчиков-профессионалов, но офицер-женщина ими руководить вряд ли сможет, только если покалечит парочку для наглядной агитации.
Реакция была разной, от недоверия до злости.
- Откуда нам знать, что ты не врешь, синто? - вскинулась мужеподобная Дебюсси.
- Я убью Соденберга, - проскрежетала подполковник Грево.
- В размерах проблемы вы убедитесь, пообщавшись с курсантами. Убивать Соденберга не надо, он же прислал меня к вам. Вопрос в другом: ситуацию еще можно изменить, ведь парням обучаться еще почти год, и повторюсь, Соденберг заинтересован в том, чтобы вы были довольны заказом.
- Если он так заинтересован, почему допустил подобную ситуацию?
- Политика. Бывший министр образования подкинул папочке выгодный заказ. Офицеры, чего вы хотите? Получить сотню нормальных летчиков или испортить отношения с Дезерт, обвинив администрацию в невыполнении контракта? - а что делать, приходится быть прямолинейной.
Ответом был испытующий взгляд подполковника.
- Нам нужны летчики, - наконец выдала она.
- Хорошо.
Я связалась без вызова видео с Вольфом и поинтересовалась, сможет ли он принять у себя сотню летчиков для годичного обучения. Тот подумал и ответил, что сможет, если сплавит кому-нибудь курс техников-оружейников, то есть сто пятьдесят человек. Я позвонила ректору Штубе - его учебка была первой, в которой я отбирала ребят, и отношения с ним были нормальные, а главное, его учебка соседствовала с восьмой - и спросила, примет ли он сто пятьдесят человек и есть ли какие-то территории в восьмой учебке, которые он сможет приспособить, чтобы принять этот курс. Штубе думал недолго и назвал корпуса, которые хотел бы оттяпать в обмен на курсантов. Ему очень хотелось задать вопросы, но он сдержался, взяв с меня обещание, что я перезвоню ему позже.
- Выход есть, - выдала я офицерам после завершения переговоров.
- Только хотим ли мы в него выйти? - мрачно отозвалась Грево.
- Ну что, идем общаться с курсантами? - бодренько предложила я.
Мы вызвали Инкмана и объяснили, чего хотим. Он флегматично согласился и повел нас к курсантам, закончившим тренировку в имитаторах. Это был цирк, учащиеся просто игнорировали тропезок, все вопросы которых дублировал Инкман, и отвечали они ему. Мне-то такая практика была знакома, и я к ней уже притерпелась. Дебюсси не выдержала первой.
- Ты, тупорылое животное, не видишь, что перед тобой офицер? Отвечать согласно устава! - Зря это она, по уставу они отвечают только СВОИМ офицерам, пока контракт не заключен. Наглый мальчишка смерил ее взглядом и молча уставился на Инкмана. Тропезки выпали в осадок. Бедняжка Илис, самая симпатичная в нашей компании, да что там, просто красавица, к этому моменту была на грани срыва от плотоядных взглядов как Инкмана, так и курсантов. Пора вмешаться.
- Полагаю, мы увидели достаточно? - спросила я Грево. Она кивнула. - Думаю, пора поговорить с ректором, - добавила я.
Ректор соизволил прийти к нам только через полчаса, и скандал разгорелся. Тропезки обвинили курсантов в неуправляемости; ректор в ответ заявил, что они будут управлять ими, когда заключат контракт. Логично, в общем-то, только зачем это сообщать таким тоном. И пошло-поехало. А Кас и Пол стояли в сторонке, развернувшись всем корпусом к ссорящимся, и я им обзора не загораживала; ребята снимали все происходящее на камеру. Видя, что тропезки сейчас перейдут на личности, а это подкосит наши позиции, я оборвала спор, предложив улетать. У дам-офицеров было сильное желание вцепиться и мне в горло за компанию, но здравый смысл победил, и они согласились. Мы отправились в ангар под насмешливым взглядом Гауфсона. Как говорили предки - хорошо смеется тот, кто смеется последним.
Мы отправились 'домой' в двенадцатую. Тропезкам я объяснила, что не везде всё так плохо, и взялась доказать это. По дороге я предупредила Вольфа и послала сообщение Штубе: 'Разговора не было. Обещание помню', - так, на всякий случай, чтобы ректор не принялся что-либо выяснять раньше времени.
'Дома' нас встречали как дорогих гостей, здоровенный Ларсон каждой пожал руку и провел в столовую. Тропезки уже основательно проголодались и с удовольствием принялись за еду. Вскоре к нам присоединился Вольф, извинившись, что не смог встретить. Поболтав минут пять, он оставил дам наслаждаться едой, а меня оттащил от тарелки - президент, видите ли, ждет. Пол к тому времени уже подготовил видеозапись для отсылки, что мы и сделали. Потом связалась с президентом и обо всем ему доложила. Он слушал, мрачнел, но не перебивал. Закончила я разговор своим рацпредложением по обмену. Соденберг посмотрел запись скандала.
- Этого мало.
Я пожала плечами:
- Я не бог, и не могу сделать невозможного.
Он скривился:
- Я вас посылал, чтобы избежать той ситуации, что вышла, а не для того, чтобы Вольф приобрел новый курс летчиков.
Ах, вот как!
- Господин президент, если вы хотели избежать этой ситуации, надо было настоять на 'женском' курсе, как минимум, а я, еще раз повторяю, не бог и при всем желании не могу сделать ваши мечты явью. Если у вас есть на примете другое училище, забирайте курс туда, но оставлять их у Гауфсона нельзя.
- Длинный у вас язык, леди, - зло ответил Соденберг.
- Длинный, но я все же на вашей стороне.
- Только поэтому он у вас еще такой длинный.
Я лучезарно улыбнулась. Я прекрасно знаю, насколько вы, господин президент, хищная тварь, но я иностранка и буду позволять себе вольности, пока смогу. Во время моего внутреннего спича Соденберг думал.
- Хорошо, допустим, курсанты у вас; вы знаете, как их переделать?
- Есть мысли.
Президент в ответ скептически хмыкнул.
- Мне нужно полное содействие со стороны тропезок, - сказал он тяжело, - мне нужно их заявление, нужно, чтобы они выступили в Совете.
- Дайте время хотя бы до конца би-дня, и я смогу вам что-то четко ответить. Может, будет лучше, если вы прилетите и сами с ними поговорите.
- Может. Подготовьте их для этого разговора. И меня.
- Хорошо. До связи в восемь би-вечера, и будьте готовы вылететь в это время.
Президент кивнул, на том и расстались. Вольф, который во время разговора несолидно прятался под столом, вылез и укоризненно сказал:
- Зачем ты хамишь ему? Ты же понимаешь, чем это чревато.
- Дарел, если я не буду огрызаться, он совсем на шею сядет. Он только что попытался сделать меня виноватой в том, что тропезки не удовлетворены заказом. Маразмом не попахивает, а?
- Маразм не пахнет.
- Пахнет. Дерьмом, - ответила я мрачно.- Ладно, пойдем очаровывать наших погононосных дам.
Дамы пребывали в хорошем расположении духа благодаря Ларсону, который травил байки о стычках с пиратами. Дамам тоже было о чем рассказать, и они нашли понимающего слушателя.
Мы пригласили их в комнату переговоров и позвали всех незанятых старших преподов. Пришли шестеро, Хорзан и Дин Таксон в том числе. Дамы среагировали на Дина, как кошки на собаку. А жаль, ведь я нашла с ним общий язык. Очень умный и исключительно любопытный преподаватель стратегии быстро раскусил, чему на самом деле обучаются мои курсанты, и держал язык за зубами. Короче, несмотря на свою женоподобность, он оказался вполне надежным союзником и интересным собеседником. Никто из преподов не хотел общаться со мной в неофициальной обстановке, все знали, что Вольфу это не понравится, а с Дином такой проблемы не было.
Мы расселись друг против друга, и летчицы принялись выкладывать, что бы им хотелось видеть в курсантах. Образ вырисовывался слегка нереальный, учитывая, что остался всего год обучения. Началось рабочее обсуждение, говорили в основном Вольф, Ларсон и Дин, причем чтобы Дин не сказал, его слова воспринимались негативно, поняв это, он уже предпочитал помалкивать. И все же после какой-то его фразы, обнаглевшая Дебюсси выдала что-то вроде 'Без женоподобных знаем'. Видя, как вытягиваются лица Дина и Вольфа, я взорвалась.
- Стоп! - от этого крика все вздрогнули и уставились на меня.
- Майор Дебюсси, вы сейчас - по незнанию, конечно, нанесли тягчайшее оскорбление преподавателю Таксону. Будет лучше, если вы извинитесь.
Оскорбление было не таким уж тяжелым, просто Дебюсси вела себя как засранка и всех уже достала, преподы прятали глаза, они раскусили мой маневр.
- Кому лучше? - все же попыталась огрызаться Дебюсси.
- Всем.
- Майор, извинитесь, - спокойно сказала подполковник Грево. Дебюсси немного смутилась.
- Извините, не хотела вас оскорбить, - выдала покрасневшая майор.
На что Таксон ответил:
- Извинения приняты. - Глядя на меня, он спросил: - А не нанесу ли я смертельного оскорбления, если замечу, что майор Дебюсси - образец не столько женственности, сколько мужественности?
Преподы смотрели в стол с напряженными лицами, пытаясь спрятать улыбку.
Мне пришлось отвечать.
- Я не знаю, поэтому лучше воздержитесь от замечаний, господин Таксон.
Подполковник, похоже, тоже раскусила нашу игру, но в результате беседа приобрела более конструктивное русло.
Договорились о том, что тропезки останутся на месяц в учебке, чтобы перевоспитывать курсантов и лично наблюдать за процессом обучения. Вот аспекты наблюдения и перевоспитания и подвергались детальному обсуждению. Проблем в том, чтобы уговорить Грево выступить в Совете Дезерт с ходатайством о смене училища, не возникло, президенту прилетать не понадобилось, о чем я и поспешила ему сообщить.
На следующий би-день произошла куча событий. Утром подполковник выступила в Совете, который удовлетворил ходатайство. Днем - неслыханная удача! - ректор Гауфсон слег в регенератор с инфарктом, и летчиков смогли спокойно вывезти, остальных курсантов перетасовали так, чтобы освободить корпус для Штубе, и демонтировали имитаторы. К вечеру летчики обживали две казармы, а я оттяпала помещение для своих ребят, а то спали в три этажа, сто человек с лишним как никак. На следующее утро привезли имитаторы и к вечеру смонтировали и протестировали их.
На третий день после прилета тропезок начался обычный учебный процесс, причем ошарашенным переменами курсантам усилено стали промывать мозги, а именно - прочитали длиннющую лекцию о женщинах-летчицах и их подвигах. Но теория - это, как известно, одно, а практика - другое. Мой план по перевоспитанию, или вернее - воспитанию уважения к женщинам-офицерам был прост и незатейлив: сначала предложить курсантам выполнить на имитаторах сложную боевую задачу на полное уничтожение хранителей, а потом сделать то же самое самим, вшестером. Единственный мухлеж заключался в том, что для курсантов ситуация будет новая, а мы ее детально проработаем. В уровне старших летчиц я более-менее была уверена, а Илис знала, как саму себя, так что сомневаться в том, что мы выполним задачу более успешно, не приходилось. Тропезки согласились на мой план. Мы выбрали массированную атаку двенадцати пиратских кораблей на торговое судно. В реальности - это верная смерть для всех. Проработав задачу и запасшись 'тузами в рукаве', мы приступили к делу. Курсанты уже прослушали первую лекцию о героинях, но вот что меня поразило: некоторые из них решили, что им врут, что подобное невозможно. Чем это объяснить - персональной тупостью или успехами пропаганды - я не знала. И вот Ларсон, который взялся курировать новичков, собрал весь курс в полетном зале и предложил выйти шести лучшим. Сразу вышло пятеро, шестого выбирали голосованием. Ребята сели в имитаторы, а все остальные могли наблюдать бой на огромном стереоэкране. Шесть против двенадцати, они смогли уничтожить четырех пиратов и двоих потрепать, прежде чем сами были убиты. В общем-то, неплохой показатель, вылезали они из имитаторов, ожидая похвал. Но Ларсон разнес их в пух и прах, на повторе показав, сколько моментов для атаки они упустили и как глупо подставлялись. Ребята оскорбились и вполне резонно заявили, что после боя, конечно же, можно найти кучу недочетов, но когда ты сам в кресле испытываешь перегрузки и имеешь доли секунды для принятия решения - это совсем другое дело.
Пока все были увлечены разбором полетов, мы, не привлекая внимания, сели в имитаторы.
Ларсон, получив наш сигнал о готовности, многозначительно выдал:
- Ах, другое дело? Ну конечно, другое дело - у других.
После сей непонятной фразы, он запустил имитационный полет заново. И пошла жара. Как в старые добрые времена, мы с Илис были в паре; вообще шестерка разбилась на пары, и мы грамотно прикрывали друг друга. Атаковали мы первыми, бесстрашно вклинившись в строй пиратов. Одну из нас вышибли сразу же; но пока ее расстреливали, нам удалось перегруппироваться так, что каждая выбила по одному пирату. Обломки на какое-то время создали нам занавес, транспортник по нашей команде пошел в отрыв, пираты пытались нас обойти, но, спрятавшись за осколками, мы их подловили - двух уничтожили, два повредили; мы потеряли еще одну, причем, погибая, она пошла на таран к ближайшему 'подранку', и они красиво взорвались вместе. Нас четверо, и их четверо, из них один почти не опасен. У нас у всех разные степени повреждений, но не серьезные, главная проблема - убыль боеприпасов. У каждой осталось лишь на один хороший залп, мы с Илис пошли 'спиралями', две других 'мотыльками' - уворачиваясь от залпов и приближаясь к врагам. Одну все-таки достали, но ее взрыв позволил расстрелять из-за осколков 'подранка' и повредить еще одного. Тут в наушниках раздался горестный вскрик Илис: 'Нечем бить!' - и она взяла курс на самого опасного и хорошо вооруженного из оставшихся. Естественно, он стрелял в нее, и как было у меня когда-то, сорвал ей крыло. Это не помешало Илис буром вонзиться в него, причем в район баков. Взрыв был феерический. Я добила поврежденного, а подполковник лобовой смертельной атакой шла на последнего. Увы, он сбил ее на подлете. Она успела его потрепать, пока приближалась, и его побило осколками, но он был еще ничего, а у меня было пусто. Я запустила своего 'туза в рукаве' - примочку, разгонявшую корабль после того, как сработает катапульта, и катапультировалась. Конечно, учитывая количество всяческих обломков, катапультирование - это почти верная смерть, но, тем не менее, пусть и ничтожный, но шанс. Мой корабль сбил с последнего пирата крыло и зацепил баки. Взрыв был не так уж и красив, Илис взорвалась лучше.
- Шестой просит подобрать капсулу, пираты уничтожены. Шестой просит подобрать капсулу. Пираты у...
Гадский осколок. Все-таки накрыло. Я вывалилась из имитатора; сил на то, чтобы изображать героиню, как-то не находилось.
В зале стояла полная тишина. Спокойный голос Ларсона комментировал:
- Вы сейчас увидели в действии принцип: 'Убить врага и выжить'. Сначала делается все для уничтожения врага, потом все, чтобы попытаться выжить. Даже если шанс ничтожно мал, всегда надо попытаться им воспользоваться.
Мы все стояли возле своих машин, в тени; свет зажегся, как на сцене.
- Номер первый - капитан Леско, - Ларсон представлял нас, как беговых лощадей. - Номер второй - капитан Жофур, номер третий - капитан Скинис. - Я и забыла, что у Илис такая дурацкая фамилия, вот родители пошутили - Илис Скинис.
- Номер четвертый - майор Дебюсси, - продолжал Ларсон, - номер пятый -подполковник Грево, номер шестой - леди Викен-Синоби.
Фух, я боялась, что он скажет Вик-Син по привычке, преподаватели сократили мои фамилии под предлогом экономии времени, и бороться с ними было бесполезно; пока они так называли меня не при учениках, я позволяла.
Стояла мертвая тишина. Ее нарушила подполковник Грево.
- Сейчас я не вижу никого, достойного служить в космолетных войсках Тропеза, - сказала она спокойно, развернулась и пошла к выходу, мы потянулись за ней. Никто даже шумно не вздохнул, нас ели глазами, удивленно, недоверчиво.
После этого показательного выступления мы затаились, дав юным умам перебродить, вернее, переварить полученную информацию. Дин, который уже давно был моими ушами среди курсантов и преподсостава, доложил, что учебным боем прониклись все, кроме двоих - кстати, участвовавших в имит-полете. Они мутят воду, доказывая, что все было подстроено. Мы решили, что Илис и я должны публично 'порвать' их. Решили - сделали. Во время имит-полетов инструктор поставил этих двоих против нас в бой два на два. Учитывая, что летной практики у них было маловато, а стратегия боя вообще хромала на обе ноги, это было избиением младенцев. Первый раз мы их сбили синхронно, на подлете на предельной дальности. Они, получив удар током, уже пытались вылезти из имитаторов, когда раздался мой крик: 'Заново'. И так пять раз. В пятом бою они уже были еле живые и наверняка получили ожоги на ладонях и лбах. Надо ли говорить, что им ни разу не удалось нас серьезно достать. Когда они все-таки вылезли из имитаторов, в зале опять стояла тишина.
- Курсанты, какой урок вы извлекли из сегодняшнего занятия? - с ленцой спросила Илис, она уже научилась копировать мои интонации.
- Сука, - зло и внятно сказал один. Второй аж подскочил, услышав ругательство.
- Виноват, капитан. Урок - уважение к старшим офицерам. Виноват. Исправлюсь.
Илис кивнула.
- Не только. За свои слова надо отвечать. Вы меня понимаете, курсант? - на ругнувшегося никто не смотрел, его уже ни для кого не было.
- Так точно, капитан.
Вот и все. Из двух смутьянов один продолжил учиться, а второй ушел в никуда, скорей всего, его подписали под какую-то муторную работенку лет на двадцать на каком-нибудь объекте, куда добровольно никого не заманишь.
Через месяц тропезки улетели, причем мы с Илис расставались со слезами на глазах, а Грево и Ларсон уже дня за три ходили мрачные - любовь! Ни он, ни она не хотели бросать свою работу и селиться на планете другого, но, видно, они смогли все-таки о чем-то договориться и расставались уже умиротворенные. Сказать, что курс за этот месяц проникся уважением к тропезским офицершам - значит не сказать ничего. Еще одна задача выполнена. Соденберг был доволен: Грево дала официальные положительные рецензии, а неофициально пообещала способствовать дальнейшим заказам.
Дни опять побежали чередой, только теперь мне приходилось уделять больше внимания своим официальным обязанностям. С появлением имитаторов на меня возложили задачу натаскивать ребят в полетной практике и в стратегии боя. Уставала я страшно и с грустью вспоминала деньки, когда могла целые вечера проводить с Дарелом, который меня сейчас поддерживал, как мог. Так промелькнуло почти четыре шестидневки.
В один из би-вечеров, которые сейчас были посвящены моим неофициальным курсантам, меня вызвонил отец и попросил срочно прилететь. Нехорошие предчувствия закричали во весь голос. Мы еле успели долететь к первому админкуполу до пекла; я, несмотря на тревогу, подремала в пути и к моменту встречи думала, что готова ко всему, но, увидев отца постаревшим лет на десять, я просто испугалась.
- Отец, что случилось? - вырвалось у меня. - Что-то с Ронаном?
Он посмотрел на меня, понял, что я испугана, и взял себя в руки.
- Нет-нет, с ним все в порядке. - У меня отлегло от сердца. Мы трое в порядке - все остальное переживем.
- Садись, рассказывать долго, - сказал он мрачно.
Отец получил официальный заказ от Совета Безопасности, членом которого он являлся, на мое участие в разовой акции с каким-то непроизносимым кодом, означавшим, что опасность умереть или покалечиться при исполнении очень высока. Говоря проще, мне светило задание, во время которого меня запросто могли убить. Мне стало дурно, и не от того, что мне грозило, а от самой ситуации. Нас, Викенов, всего трое, мы новички в хитрых делах обеспечения государственной безопасности Синто, и почему-то для этой акции выбирают именно меня. Я хоть и получила своеобразное образование у Синоби, но не была сертифицированным разведчиком или диверсантом. Что-то тут нечисто, а вот что? Неужели мы кому-то мешаем и от нас решили избавиться таким способом, ведь без меня семья моментально сдаст свои позиции. Как ужасно думать о своих такое, но все может быть.
- Отец, а чем они объясняют свой выбор, почему именно я?
Лорд Викен грустно усмехнулся.
- Я богатый человек, ты задаешь правильные вопросы, дочка. Объясняют это твоим высоким уровнем пси-мобильности и наличием специфических навыков.
- Но те же Шур, у них с пси-мобильностью все в порядке.
- Говорят, что их кадры засвечены. Ты сохраняешь 'под зеркалом' ясное сознание и быструю реакцию в течение нескольких суток?
- Да, трое суток, если 'зеркало' простое без повышенной агрессии, иначе я тупею тут же.
- Да уж, это я помню, - пробурчал отец, напоминая о моем прибытии на планету.
- Отец, кто выставил мою кандидатуру?
Отец посмотрел мне в глаза и кивнул каким-то своим мыслям.
- Синоби и Шур.
- Вот паскудство, - вырвалось у меня. - Отец, расскажи мне, пожалуйста, о твоих взаимоотношениях с семьей Синоби, и лордом Синоби, в частности, - попросила я.
- Что ж... Нормальные отношения, я им ничем не мешаю, да и не могу мешать, даже если бы хотел. Курсантов ты готовишь именно для Синоби и Шур, так что я ничего не понимаю, если честно. Не вижу я резона им тебя устранять. Инициаторы акции - Хоресы, у них новый глава...
Хорес, это тот черноглазый с ипподрома, у которого придурковатый друг-коммерсант. Хотя, если он член Совета Безопасности, то это могла быть не дружба, а задание. Значит, черноглазый стал главой рода.
- Хорошо, семья Синоби нуждается во мне живой, а лорд Синоби? - были у меня некоторые соображения, правда очень шаткие - информации маловато.
- Я не думаю, что лорда Синоби можно рассматривать в отрыве от его семьи, - сказал отец твердо. Ну что ж, ему виднее.
- Отец, как ты предполагаешь, насколько все плохо? И что нам грозит в случае отказа?
- В случае отказа наша семья вылетает из Совета Безопасности, а ты будешь зарабатывать место в Совете Семей.
- Безрадостно...
- Да уж. А насколько все плохо, я не пойму. Я вообще ничего не могу понять в этой истории. Им нужен незасвеченный подготовленный кадр, но просить для такого задания некста столь маленького рода - это против всех правил. И почему они нарушаются - я не знаю.
- Отец, а ведь ты не объявил официально меня некстом.
Он задумчиво посмотрел на меня.
- Думаешь, это может играть какую-то роль? - это были скорее мысли вслух.
- Папа, отказываться я все равно не буду.
Лорд Викен вскинулся.
- Не тебе решать пока еще, - отрезал он.
- Папа... - сказала я, как могла мягко.
- И не дави на меня, ты меня даже маленькой 'папой' не называла.
- Ну конечно, ты был тогда для меня 'Отец' - великий и недоступный, - я взяла его за руку и посмотрела в глаза. - Я выкручусь. Если пойму, что это ловушка, - я выкручусь. Сделай меня некстом, и я сама полечу обсуждать и подписывать контракт. - Боясь, что отец будет возражать, я продолжила: - Кто бы и что бы ни затеял, этот ход собьет их с толку, они же ждут тебя, и ждут, что ты будешь 'отбивать' меня или выставишь профнепригодной.
- Была у меня такая мысль, - задумчиво сказал отец.
- Я бы тебе этого не простила, - тихо произнесла я.
- Да уж знаю. - И пристально посмотрев мне в глаза, отец сказал: - Я потерял твою мать и не хочу потерять тебя. Ты это понимаешь? Уж лучше мы скатимся вниз, но я хочу вынянчить естественнорожденных внуков от тебя и Ронана.
- Я понимаю. И не буду лезть в пекло, обещаю.
Еще какое-то время отец сидел, обдумывая что-то; я молчала и не мешала ему.
- Завтра соберемся все у Вольфа. Синоби-Тук будут свидетелями; хорошо, что ленту я прихватил с собой на всякий случай. - Он говорил как бы сам с собой.
У меня защемило сердце - уже завтра. Объявление наследника - это всегда праздник; собирается вся семья, какой бы большой она ни была, а еще приходят друзья и генетические родственники из других семей, короче, куча народу. Глава рода торжественно перед камерами меняет ленту на 'душе' и надевает наследнику. Я знала, что в нашей семье это будет скромный праздник, но не думала, что все получится настолько буднично и безрадостно.
Мы собрались в конференц-зале, потому что там существовала система стереокамер. Ронан был грустен, Синоби-Тук немного ошарашены, отец по-деловому сух, а я просто не испытывала ничего, кроме горечи. Из чужих присутствовали Дарел и Кас с Полом. Отец сказал положенную речь, поменял ленту, застегнул 'душу', все засвидетельствовали событие. После этого камеры выключили, и стало как-то полегче. Присутствующие уже неофициально меня поздравили и стали дарить подарки. Тут мне вообще стало плохо и захотелось расплакаться. Дело в том, что все оказались в неловком положении, за несколько часов надо было что-то придумать и найти подарок. Мне совершенно некстати подумалось, что опять я останусь ни с чем. Дело в том, что на восемнадцатилетие Ронан получил новый армкамзол, я была за него очень рада и предвкушала, что получу такой же подарок. Но отец, со свойственной ему мудростью, заранее развеял мои мечты - Ронан сильно раздался в плечах и уже не мог донашивать отцовский, тогда отец продал старый армказол, добавил денег и купил новый. А мой - арендованный, с ним такого не провернешь, тем более что надо было показать брату, что отец уже не сердится на него. А на меня денег не осталось. Вот честно, я все поняла и почти не расстроилась, только отчего же эта дурацкая история опять всплыла в голове.
Дарел и телохранители подарили оружие, Синоби-Тук преподнесли раритетную коскату с выщербинами, явно побывавшую в реальных боях.
- Это коската одного из моих предков, - с мягкой улыбкой сказала госпожа Тук. - И хоть сейчас она бесполезна, я думаю, у вас ей будет все же веселее, вы умеете с ней обращаться.
У меня в горле встал ком: это семейная реликвия, с которой не разлучались, раз взяли ее на Дезерт.
- Госпожа Синоби-Тук, я тронута, но, может, пусть она все же останется вашим детям.
- О нет, мои дети тоже преподаватели-психологи и не умеют с ней обращаться. Берите, дарим от чистого сердца.
Я с поклоном приняла.
Отец молча снял с пальца кольцо, я знала, что это кольцо моей мамы, вернее, они обменялись кольцами в день свадьбы, и так же молча, надел мне на руку, обнял и поцеловал в лоб. Мне стало совсем не по себе, представилось, как мама надевала ему на руку это кольцо, что он тогда чувствовал и что чувствует сейчас. Ронан подошел, не поднимая глаз.
- Извини, я не смог ничего придумать... Вот, - и он протянул мне пласт-чек. Я глянула на сумму и потеряла дар речи: похоже, это были все деньги, которые Ронан заработал на Дезерт. Я открыла рот, чтобы что-то возразить, но брат меня опередил.
- Поздравляю, - и поцеловал, как всегда, в уголок рта. Мне осталось только сказать спасибо.
Я была настолько удивлена и растрогана подарками, что просто не находила слов, но все и так всё поняли. На том и разошлись, всех звали дела. Отец оставил нас с Ронаном одних.
- Чего ты такой грустный? - спросила я, чтобы завязать разговор.
- Отец сказал, что у тебя будет контракт с Советом Безопасности, - ответил Ронан, вглядываясь мне в лицо.
- Ну, будет, - пожала я плечами.
- Ара-Лин!
- Что? Да что ты сам не свой?
- У твоей матери тоже был персональный разовый контракт с Советом Безопасности, - тихо ответил он, глядя в сторону.
- Братец, не дури, - сказала я твердо и обняла его.
Он в ответ сдавил меня в объятиях до боли.
- Пообещай, что не будешь геройствовать.
- Конечно, не буду.
Наскоро дав наставления Касу и Полу, которым придется частично меня заменять у спецкурсантов, я пошла прощаться с Вольфом. Ни отец, ни я ничего ему не рассказывали, но, видно, интуиция не только у меня хорошо развита. Дарел ждал меня, он был какой-то враз постаревший.
- Дарел, я ненадолго.
- Да... А твой отец и брат просто что-то не то съели.
Я невольно усмехнулась.
- Милый, не рви мне сердце. Я вернусь. Точно. Ведь меня будут ждать целых три любимых и любящих мужчины.
- Три с половиной - Дин тоже будет скучать.
Я рассмеялась, благодарная за то, что он нашел в себе силы шутить.
Ровно через сутки после отцовского звонка я стартовала на космояхте с планеты, хоть один плюс - доберусь до Синто нормально.


Создание сайта Aviva

Связь с администратором